Сердце человеку кажется беззащитным перед мощью волчьей любви, когда она насылает страсть, что не знает пределов. Но как быть, если ты - эта самка, которую они обнаружили? Как сохранить доводы рассудка и при этом стать частью этого звериного梦境？
Вряд ли Вацлав очистил ее после того, как я отдала ему телефон, тем более что за мной самой такой привычки вообще не водилось. В моем телефоне хранились все вызовы, совершенные если не с момента покупки, то за последние месяцы - точно! А вот как к этому шантажисту попал телефон Вацлава, я даже боялась предположить.
- Вижу, ты и сама сообразила. Номер твоей матери был единственным неподписанным, и во мне взыграло любопытство, кто же этот неизвестный абонент, которому был сделан единственный звонок. Да еще в то время, когда Милош организовывал ловушку по моему приказу.
Если у меня еще оставались сомнения, то теперь они полностью исчезли - этот тип сумасшедший, и в достижении своей цели он не остановится ни перед чем.
- Но я могу быть и добрым, - заметил он, возвращая рукам человеческую форму. - Например, с тобой, если ты согласишься мне немного помочь. И даже решу кое-какие твои насущные проблемы. Ты же хочешь пообщаться с родителями? Твоя мать так трогательно переживает!
С хищной усмешкой на лице, не отводя от меня пронзительного взгляда, он нажал пару кнопок на панели телефона и положил его на стол.
- Алло? - раздался взволнованный голос моей матери. - Я слушаю вас!
Я рванулась вперед, собираясь закричать, но мужчина одним взмахом руки заставил меня подавиться собственным криком. Все, что мне оставалось, это сидеть на месте, вытаращив глаза, и судорожно ловить воздух губами, точно вытащенная на берег рыба.
- Елена Станиславовна, - буквально промурлыкал он, растягивая губы в деланной улыбке, - вас снова беспокоят из милиции.
- Где она?! - судя по тону, моя мать схватилась за сердце. - Что с ней? Она пострадала?
- Совсем наоборот, она чувствует себя прекрасно и заявила, что не желает возвращаться домой. Вы зря переживали.
- Она рядом с вами? Вы можете дать ей трубку? Я могу с ней поговорить? - голос моей матери почти срывался в истерику.
- Говорите, она вас слышит.
