В холодных ночах Кейптаунской криминальной полиции, боль до невероятных уровней проникает в сознание. Внутри черепа яркая вспышка и резкий звук — возможно, прикосновение босса или очередное испытание судьбы. Глаза открывает медленно, сквозь боль, и видит озабоченные лица над собой, за которыми — мир голубых небес....
Неужели вы хотите смерти бедного старика, инспектор?
О’Лири покачал головой с преувеличенным ужасом:
– Ну что вы, советник… как можно… Мистер Чернофф, когда именно вы решили заменить видеонакопитель в вашем заведении?
– Мм… точно не помню. Недели три назад где-то.
– А зачем?
Вновь вмешался Мозес:
– Мой клиент иногда отлучается из города на продолжительный срок. Соответственно он хочет иметь возможность точно знать, что за время его отсутствия происходит с его бизнесом.
Австралиец несколько раз кивнул, демонстрируя полное понимание весомости этой причины.
– И почему вы не заменили его тогда же, три недели назад?
– Мой клиент не обязан отчитываться в том, как он управляет своим бизнесом. Его полное право – производить изменения, как и когда он сочтет нужным.
Опять понимающий кивок, адресованный не адвокату, а мне:
– Несомненно.
Не, опять слабенько. Может, усыпляет мою бдительность?
– Как я уже сказал, старший инспектор, мой клиент не обязан отчитываться, как он управляет своим бизнесом.
– Разумеется.
Ли-старший саркастически улыбнулся:
– Старший инспектор, не надо пытаться выдавать белое за черное. Права моего клиента на владение и управление его бизнесом защищены законом. Он не обязан объяснять вам свои мотивы, как-то обосновывать свои действия и оправдываться, почему он сделал что-то тогда, когда сделал, а не когда-либо еще.
Смуглая, с тонкими чертами физиономия австралийского ирландца остается все такой же безмятежной.
