У меня даже дар речи на мгновение пропал.
– Тефаля! – пискнула я.
И на голову демона обрушилась сковородка.
– Женщина! – рыкнул он.
То, что он разозлится, я предполагала. Но вот остального… Он изменился. Кожа покраснела, потом почернела, из головы полезли огромные рога, лицо расширилось и приплюснулось, сам он увеличился в размерах.
Я испугалась. А кто бы не испугался, когда над ним такое нависает? В общем, я испугалась и начала безостановочно бить сковородкой куда придется.
Чудище взвыло незнакомым голосом.
– Когда-нибудь я уничтожу твое оружие, – рычал монстр, по-прежнему не сдвигаясь ни на сантиметр.
– Ты чего пришел, охальник проклятущий? – выползла я из-под него. – Ишь, чего захотел! Ты про конфетно-букетный период слышал? Ты мне первый бал устраивал?
Теперь я уже стояла посреди кровати рядом с ним.
– Ты мне колечко заветное дарил? Ты мир к моим ногам бросал? – продолжала я наступать на него.
Чудище, у которого, кстати, оказались копыта, медленно отползало."
"– Женщина, ну и запросы у тебя! – рычит оно.
– Нет?! Тогда марш на диван! – махнула я Тефалей в сторону.
Шасгар в обличии монстра умудрился увернуться.
– Это моя комната! И у меня нет дивана.
– Тогда на коврик! Совсем обнаглел – ни ухаживаний, ни романтики, а все туда же!
Глава 21
Светлый Император
Светлый Император размышлял о былом. Он с тоской вспоминал прошлые семь лет. Вспоминал жену. Как попал в странный отравленный мир. А ведь во всем виноват брат, именно он насолил правительнице дроу, и именно он должен был попасть в ту ловушку. Но попал правитель. И отправился в чужой, почти лишенный магии мир. Сил хватило только на заклинания адаптации да слабый морок, чтобы уши прикрыть. Много времени прошло, прежде чем он научился в себе магию копить. А там она, Ирма. Нежная, ласковая и такая добрая. Поначалу. В этом мире на светлого женщины буквально гроздьями вешались. Выбирай – не хочу. Или отбивайся – не могу. Одна из таких помогла с документами. Ирма не сильно выделялась на их фоне. Были и покрасивее. Но он выбрал ее. И все бы хорошо, да вот характер у нее оказался… особенным.
Он с содроганием вспоминал ее вспышки гнева. Раз в год она обязательно устраивала грандиозный скандал. В него летело все, начиная от тарелок, заканчивая сковородками. Да, да, уже тогда она питала слабость к кухонной утвари.
А во всем виновата ревность. Светлый не знал, как остудить пыл аборигенок. А Ирма не знала, что сущность эльфа всегда будет притягивать к нему других. Вот и получалось, что его добрая девочка просто теряла терпение. И тогда он благодарил пресветлых богов за то, что случалось это крайне редко.
Но пришло время уходить. Его нашли. И сообщили, что темные совсем распоясались, назревала война. Он хотел забрать ее с собой. Хотел, но не сделал.