Автор
В апреле 1904 года, в Тифлисе, мир рухнул после ужасного убийства посланника. Роман исследует эту ночь как точку отсчета, меняющей всю жизнь персонажей — от царских гвардейцев и дворцовых фавориток до простых тифлисцев. Атмосфера книги ощущается как сиеста в темном доме, где все знает обо всем и каждый думает о том, что они не знают....
Воры всегда есть на любом базаре.
Лыков осекся:
– Да, базара без воров не бывает. И что, они предупредят Безвуглого?
– Конечно. У этих людей хорошая организация, иначе в их ремесле нельзя. В шайке карманников всегда есть наблюдатели, тырщики, сигнальщики. Одни толкают и отвлекают. Вторые непосредственно лезут в карман – и мгновенно передают кошелек в третьи руки. Потом возникают следующие… А теперь представьте, что мы начнем готовить захват трактира. Подтянем силы, и что? Их немедля увидят те самые ребята. И отсемафорят Безвуглому.
– Теперь понял, – кивнул сыщик. – На это есть способ.
– Какой?
– Явиться небольшим отрядом, неожиданно и без оцепления.
Гайдуков и Снитко одновременно прыснули. Полицмейстер же выпучил глаза:
– Это вы на Ивана Безвуглого хотите явиться небольшим отрядом?
– Раз другого способа нет, то да. Человека три-четыре будет достаточно.
Ковалев погрустнел.
– Вы хоть знаете, с кем хотите схватиться?
– Да рассказывали. Бывший пластун, чемпион по стрельбе и рукопашному. Еще грузинской борьбой увлекается и кулачным боем.
– И вам кажется, что трех-четырех человек для его ареста будет достаточно? Особенно если собираетесь взять парня живьем.
– Обсуждали уже, Георгий Самойлович, – досадливо поморщился Лыков. – Вы меня, главное, к нему подведите. А там увидим, что за чемпион.
Ковалев обратился к Снитко:
– Петр Анисимович, подведешь Лыкова к атаману?
– Ну, если ему жизнь не дорога.
Гайдуков вскинул голову, словно решился прыгнуть в холодную воду:
– Я пойду.
– Куда? – рассердился помощник пристава.
– В трактир, вместе с Алексей Николаичем.
Два городских сыщика принялись ругаться друг с другом, не обращая внимания на начальство. Лыков рявкнул:
– Тихо!
Все замолчали. Питерец стал терпеливо объяснять:
– Я кое-что понимаю в пластунском рукопашном бое. На войне был у меня учитель, кубанец. Калина Голунов его звали… Он показал приемы.
– Кое-что… – скептически подчеркнул полицмейстер. – И война та прошла много лет назад. Куда вы голову суете, Алексей Николаевич? Жить вам надоело, право слово.
– Вы так же говорили, когда я в горы собрался. А что вышло на итог? Привел Динда-Пето.
Коллежский советник развел руками и не нашелся, что возразить.
– Георгий Самойлович, у нас что, есть варианты? – примирительно начал питерец. – Безвуглый ведь не просто так назначил встречу на дневное время. Тоже соображает, что в случае чего полиции придется трудно.
– Само собой.
– Значит, нам и дальше будет с ним непросто.
