В зеркальных очках и черной туфле, девушка излагала лживые истории. Стены ее комнаты были затянуты тканью кремового цвета, создавая ощущение уюта и тайны. Золотые строки в книге казались настоящим фокусом – чернота стала светлее, а жизнь прошлого приобрела глубину новых мистических откровений....
Мы проверяли только телефон Вакулина. Никому и в голову не пришло, что музейщик может просто подойти среди ночи и позвонить в дверь. Вакулин открыл, Кулешова объяснила ему, что он должен сделать, и этот безотказный простак согласился не раздумывая. Он действительно по-настоящему предан музейным дамам. Сторож отпер заднюю дверь, и в шесть утра Касатый подъехал на «Газели», которую взял у кого-то из своих знакомых. Запись велась, но ее стерли либо Вакулин, либо сама же Кулешова.
– Почему именно Касатый? – спросил Акимов.
– Методом исключения. Ломовцев высокий и долговязый, его легко опознать. Ульяшин выполнил свою часть работы – заручился поддержкой Кулешовой. Майя и Голубцова не смогли бы поднять тяжелые картины. А Касатый среднего роста, довольно сильный. К тому же он в некотором смысле стал первопричиной случившегося, так что был отправлен исправлять содеянное.
– Бывшего босса, – машинально поправила Анаит."
"– Поэтому нам врали со всех сторон. Куприянова пыталась представить все так, будто музейщики держали зло на Бурмистрова, Голубцова несла ахинею о том, что он сам украл картины. Тут же очень кстати всплыла Юханцева со скандалом из-за развески.
