В тревожном времени войны, Юго-Западный фронт рухнул, и враг овладел богатыми землями Донбасса. Наступление несло угрозу Кубани и путей к Северо-Кавказскому региону — важным поставщику нефти для армии и промышленности страны. В этих экстремальных условиях Сталин подал распоряжение №227: "Ни шагу назад!" Чтобы помочь сражавшимся на Дону войскам, было решено перенести центр тяжелых боевых действий в укротичный городок....
Погода стояла безветренная, жаркая. Над поспевающей рожью по вечерам полыхали зарницы. Не стреляли ни с той, ни с другой стороны. Только небо оглашалось гулом. Это самолеты вели разведку.
Фенрихи изнывали от духоты и ожидания. Чтобы они не закисли совсем, Хохмайстер приказал старшему из них — оберфельдфебелю Оттомару Мантею вести занятия по саперному и взрывному делу. Свободные от караульной службы фенрихи разрабатывали систему минирования, но так, чтобы оставался довольно широкий проход к высоте.
Отрочество Оттомар провел иначе, чем его сверстники. Перед поступлением в училище ему не понадобилась справка о двухлетнем пребывании в трудовых лагерях. Отличник и истабсфюрер[9] имел право на зачисление в высшее учебное заведение без вступительных экзаменов. Коренастый парень с небрежно брошенным на лоб клочком волос, высокомерный и наглый, в училище заставлял робеть даже историка Вебера, прозванного Библейским вором, и культурфюрера Шмуца, которого попросту звали Собакой.
В одну из ночей оберфельдфебель вывел отделение на минирование. В темноте он, очевидно, слишком близко подошел к постам русских или заблудился, так или иначе, но в окопы он не вернулся. Исчезновение Мантея встревожило Хохмайстера. Если его захватили русские разведчики, фенрих расскажет о «фаустах», в чем Маркус почти не сомневался.
Вдруг русские, точно по заказу, начали атаку на высотку перед ржаным полем. Впереди пехоты шли четыре тридцатьчетверки. Двигались они как раз по проходу, оставленному на заминированном поле. Танки приближались к кустарнику на высоте. Находившийся на наблюдательном пункте Хохмайстер не выдержал, схватил три «фауста» и побежал к окопам. Встававшее солнце высветлило зеленые бока танков. Маркус пробирался навстречу, прячась за кустарник.
— Назад! Прикройте меня!
Передняя машина шла наискось ракурсом в три четверти. Из круглой пулеметной турели скупо выплескивался огонь. Стрелок в танке пока не видел цели, бил наугад экономными очередями.
Выверенными движениями Маркус откинул прицельную рамку, подал головку винта вперед до отказа. С щелчком выскочила спусковая кнопка.
