Автор
В дрожащем тусовке ночного клуба Титановый король светится среди множества красочных вырядов и сценических костюмов. Теплые лучи ламп фонариков падают на багрово-красное тело, окутывая его в плотный пар. Душевная картина моментально меняется, становясь наполненной нестерпимой жаркой страстью и безумным желанием быть охваченным этой неведомой силой....
Я уже забыла, когда в последний раз слышала: я все решу, я сам, я лучше знаю, как надо… Так со мной, наверное, мог позволить себе разговаривать лишь отец. А ведь оказывается, это так важно слышать, пусть даже потом я все равно, вот, как сейчас, впишусь. Важно потому, что даже таким серьезным и влиятельным женщинам, как я, порой очень хочется снять со своих плеч груз ответственности и, переложив его на плечи кому-то другому, просто побыть такой… девочкой-девочкой. Беспечной и, может быть, даже глупенькой.
– Отлично. Мы пока сделаем русский.
Телефон мымры найти несложно. Узнать задания, которые ребята делали в классе – тоже. Я представляюсь учителке дальней родственницей Данила и Ника, которая сидит с мальчиками, пока их отец работает, та диктует нужные страницы и номера. Не уверена, оценит ли Федор мое вмешательство в этом вопросе, но я знаю точно, что его проблемы не должны как-то сказываться на детях.
– Там классно! С макушки видно все-все! Даже трубы на заводе…
– Прекрасно.
– А мы можем еще поиграть?
– Ну, если вы сделаете уроки до того, как стемнеет…
– Да не вопрос! И тогда мы сразу пойдем в веревочный парк?
Закатываю глаза и принимаюсь собирать разбросанные по всему холлу вещи, не переставая удивляться тому, как быстро эти двое умудряются создать вокруг себя хаос из ничего. Привыкшая к стерильному порядку, я развешиваю куртки, раскладываю шапки, кручу в руках грязные перчатки и… старательно игнорирую тянущую боль за грудиной.
Когда вся моя жизнь стала стерильной, как эта комната? И как быстро она снова станет такой, когда я останусь одна?
– Ты забыла ботинки! – указывает на очевидное Никита.
– Мог бы и сам их сунуть в шкаф! – тычет брата в бок более покладистый Данька.
– Ничего, немного беспорядка здесь не помешает, – улыбаюсь я, касаясь макушек обоих мальчиков пальцами. Гулкую пустоту под диафрагмой затапливает незнакомая нежность.
– Угу. В этом ты ну точно, как наш папка.
– Правда?
– Угу. Он тоже все время за нами убирает. Потом ничего не найдешь.
– А как иначе? Он – врач. Все врачи любят порядок, – авторитетно заявляет Данил.
Значит, мальчики не в курсе, что на врача он так и не выучился? Учитывая то, чем Федор занимается, это неудивительно. Совершенно точно его детям не нужны подробности.
