Тэсса живет в крохотной деревушке на краю света, где каждый житель скрывает тайны и способен на неожиданные поступки. Нетривиальная любовь, сто пятьдесят покойников и встреча с художником переворачивают привычную жизнь героини, заставляя переосмыслить все, что она знала о себе и своем мире.
— А я виновата? Я разве просила его сюда нестись? Просила его разбиваться насмерть? Просила воскресать? Как это все из-за меня, милая Бренда?
— Милая? — переспросила невыносимая Бренда и опасливо посмотрела в окно, за которым сверкало и громыхало: — Одри, девочка моя, ты угробишь мои томаты.
— Томаты? — воскликнула та бешено и снова заискрила: — Томаты? Неужели никому нет до меня никакого дела? Томаты!
И крепкий дом Бренды пошатнулся от штормового ветра."
"Утром деревня выглядела так, будто пережила кораблекрушение.
Фрэнк шел по улицам, подмечая и вырванные с корнем кустарники, и пострадавшие заборы, и помятые цветы, и поломанные скамейки.
Прошлая ночь сломала что-то и во Фрэнке.
Перешагнув невидимую грань, он допустил Холли Лонгли в нечто тайное и сокровенное и теперь не знал, какими глазами смотреть на этого человека. Что он увидит в ответ? Понимание? Или, что гораздо хуже, — жалость?
Бедный одинокий Фрэнк, готовый на что угодно за обыкновенную человеческую ласку.
Кенни пытался приладить отвалившуюся от магазина вывеску, но орудовал молотком столь неумело, что у Фрэнка нервы защемило.
— Дай сюда, — буркнул он мрачно, отобрал инструмент и с такой силой вдарил по гвоздю, что забил его с первой попыки.
— Спасибо, — восхитился Кенни.
— А у тебя можно заказать инструменты? — спросил его Фрэнк. — Ну, сантехнические, слесарные и деревообрабатывающие.
— Можно, — теперь Кенни смотрел на него с веселым любопытством. — А зачем?
— Хочу открыть мастерскую, — неожиданно для себя поделился идеей, посетившей его бессонной ночью, Фрэнк.
— А ты разве не рыбачил со старым Сэмом?
— Он меня выгнал, — признался Фрэнк, — за излишнюю симпатию к моллюскам.
— Симпатию к моллюскам? — переспросил Кенни и вдруг засмеялся. Это получилось у него открыто и дружелюбно, совсем необидно, и Фрэнк понял, что рассказал больше, чем собирался, что это уже похоже на настоящую беседу.
Он развел руками и криво усмехнулся:
— Поэтому у меня новый бизнес-план, ведь я остаюсь здесь.
— Вот Камила обрадуется! — захихикал Кенни. — Она и без того сегодня как пить дать встанет в отвратительном настроении. Не завидую я девчонке Одри, на нее «Расследования Нью-Ньюлина» в очередной раз обрушатся с громом и молниями… что в некотором роде кармически справедливо.
В отличие от большинства жителей деревни, Фрэнк в это утро испытывал к девчонке Одри нечто похожее на благодарность. Очень уж вчерашняя непогода соответствовала его настроению.
