В мрачном подземелье, где воздух свеж, как сырое молоко, Тэсса пробуждается от жутких сновидений о пожарах и ужасных потоках воды. Утро приносит лишь слабый кипяток из кофемашины, помогая ей справиться с ночной паникой и страхом.
— Может, — мягко предположил доктор Картер, — это не луна, а кровоточащее сердце Одри?
Одри вспыхнула.
Джеймс подскочил на месте, потрясенно глядя на доктора.
— Я же только вам рассказал! — воскликнул он. — Я же по секрету!
— Неплохо бы тебе извиниться, сынок, — сухо порекомендовала ему невыносимая Бренда. — Негоже винить в своих бедах окружающих.
— Протестую! — немедленно проскрипел сварливый Джон. — Никакие это не беды! Воскресение — это чудо!
— Вот сами сначала умрите, — запальчиво возразил Джеймс, — а потом говорите!
— Что же, — ответил Джон спокойно, — возможно, недолго осталось.
Мальчик Артур, напуганный криком Джеймса, вцепился в штанину старика и, не мигая, уставился на юношу. Люстра над головой Джеймса покачнулась.
— Не сметь ронять мои люстры, — властно и четко приказала Тэсса и посмотрела Артуру в глаза.
— Ну-ну, — успокаивающе произнес Джон и погладил воспитанника по голове."
"— Ничего не понимаю, — в наступившей тишине объявила Фанни. — Одри, детка, если тебя обидел этот юноша, то я ему…
Договорить она не успела.
У всех одновременно пискнули телефоны — новое сообщение в чате деревни.
Тэсса прочитала его и показала Фрэнку.
Отшельник Эрл Дауни информировал, что нашел на тропинке мертвое тело, если это кому интересно.
Глава 24
Кровавая луна мало тревожила Сэммуэля Вуттона. Море, рыба, звезды — вот и все, что представляло для него хоть какой-то интерес.
Сына он давно не видел, а внучка только расстраивала: Мэри Лу, девочка, которая получила драгоценный дар дышать под водой, совершенно не желала им пользоваться.
Когда ей исполнилось девять, Сэм просто зашвырнул девчонку в волны. Визгу было столько, что с тех пор он плохо слышал на левое ухо и совершенно разочаровался в людях.
И нелюдимый новичок, имени которого Сэм так и не запомнил — то ли Билл, а то ли Фрэнк — лишь укрепил это разочарование.
Какой толк был от всех этих людей, которые слетались в Нью-Ньюлин как мухи на мед, если они ничего не понимали в жизни.
Это было нелепо — однажды Сэм посадил в машину жену и сына и уехал подальше от людей, чтобы провести остаток своей жизни в тишине и покое. А теперь только посмотрите, во что превратился Нью-Ньюлин. По суше шагу ступить нельзя, чтобы с тобой кто-то не поздоровался.
