Автор
В тишине ночи раздается только скрип деревянных ступенек и тихий скреж засовов. Шорох приближается к изголовью кровати, нарушая сон. Удар — и ветеринарный анатом Максим Долматов пытается вытереть пот со лба, перед глазами все еще острое ощущение усталости и разбитого сердца. Так начинается новая жестокая смена дежурства в тюрьме мертвых......
Гладкая поверхность стены не имела выступов, окон, даже камни лежали идеально ровно, один на другом, как кубики LEGO. Туман разбивался о зеркальную поверхность, рассеивающую лунный свет, и растекался в разные стороны. Мне захотелось дотронуться до этого «чуда», и я протянул руку.
– Не трогай! – вдруг резко вскрикнул инженер, увидев, что я собираюсь сделать.
Я, перепугавшись, резко отдернул руку, словно меня только что спасли от ожога, пару секунд, не понимая, что случилось, вопросительно смотрел в сторону Сергея Ивановича.
«Это шутка такая?» Но он явно не шутил.
– Прошу запомнить, это очень, очень важное правило – эту стену трогать запрещено. – Его глаза злобно блеснули, он говорил таким тоном, каким обычно учитель отчитывает школьника за непослушание.
Я не понимал, что происходит, ситуация была дурацкой и странной.
Сергей Иванович глубоко вдохнул, зачесал пятерней волосы на голове набок и, медленно выдохнув носом, заговорил:
– Я прошу прощения, поймите меня правильно, на стене нет отпечатков пальцев.
Мне все еще казалось это какой-то несмешной шуткой, но инженер был непреклонно серьезен.
Вдоль стены тянулась протоптанная тропинка, по которой мы и пошли. «Как в такой темноте можно разглядеть отпечатки или вообще что-либо?»
Мы шли минут пять, шум стройки постепенно оставался позади, все глуше доносилось эхо забиваемых в землю свай.
Я еле разглядел немного углубленную в каменную кладку дверь. Она была того же бледно-серого цвета, что и всё вокруг. Обычный кусок железного полотна на петлях с выпирающими цифрами кодового замка. Сергей Иванович нажал несколько цифр своими костлявыми пальцами, и механизм замка щелкнул, намекая на то, что мы можем войти.
