В последний раз, когда вы сошлись, возникли трудности с тем, чтобы делиться.
Эти слова Дамиана не убедили — он по-прежнему держался так, словно должен был соблюдать все вампирские приличия, которые мы соблюдали за пределами своего узкого круга.
— Благодарю тебя за эти слова, Жан-Клод, и я ощущаю то, чего желает Анита, но что скажет Ульфрик?
— Ричард тебе не начальник, — вмешалась я, и в моем голосе прозвучали первые нотки гнева, который уже сжал мои плечи. Я знала, что наш разрыв оставил во мне кучу нереализованной злости, но сейчас не время ее распылять. Не стану я первой нарушать перемирие. Уж если Ричард может держать себя в руках, то и я могу.
— Анита права, — подтвердил Ричард. — Я не знаю, о каких слухах ты говоришь, но я вернулся только за тем, чтобы получить новый шанс. Ты — часть их полигруппы, и я уважаю это.
— Благодарю тебя за эти слова, Ульфрик.
Я нахмурилась, изучая Дамиана, и поняла, что он закрывается от меня щитами настолько плотно, что я улавливаю лишь самые сильные эмоции, которые у него просто не получается скрыть.
— Я рада, что Ричард вернулся вовремя, чтобы спасти нас, иначе мы бы тут не стояли, но это не значит, что из-за него у нас в полигруппе тут же начнется какая-то перестройка, которую мы бы не затеяли ради кого-то другого.
На губах Дамиана появилась осторожная улыбка.
— Тогда подойди и поцелуй ее, — сказал Нечестивец. — Я уже прояснил, что не собираюсь уступать свое место в ее жизни, а ведь я даже не состою в полигруппе, если сравнивать меня с тобой.
Я еще раз глянула на него. Непривычно, что он вот так говорит.
— Ты так и поступил? — уточнил Дамиан, даже не пытаясь скрыть своего удивления.
— Он так и сделал, — подтвердил Итан.
— Мы все так сделали, — добавил Истина.
— Один я ничего не понял, — заметил Никки.
— Я тебе потом все расскажу, — пообещал ему Итан.
Дамиан посмотрел на них, а после перевел взгляд на Ричарда, Жан-Клода и, наконец, на меня.
— Полагаю, слухи оказались ложными.
— Так и есть, — в один голос ответили мы с Ричардом, потом переглянулись и обменялись улыбками. Я отвела взгляд, потому что все, о чем я могла думать, это как можно так сильно измениться и продолжать меняться дальше? Люди меняются, приложив кучу усилий и пройдя терапию, но едва ли они прилагают усилия к тому, чтобы жить новой версией себя.
