В кабинете министров, наполненном древним торжеством монархии, зимний утренний свет проникает через высокие сводчатые окна. Уют создают тёмно-зелёные портьеры, аккуратно отодвинутые, и массивный стол из светлого дуба выходит на центральную роль в этом убранстве.
Похоже, «Точка Бифуркации XII» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Наумов выдержал короткую паузу, словно выбирая слова, а затем отозвался на удивление спокойно:
— Жареным скоро запахнет прямо у тебя во дворце, Владимир. Особенно, если не выслушаешь и не примешь моё предложение. Причём это сейчас с моей стороны отнюдь не угроза. Я просто доподлинно знаю, что задумали эти ублюдки.
Император вновь переглянулся с сыном, на этот раз уже абсолютно безэмоционально. Лицо стало недвижной маской, под которой скрывались быстрые расчёты и догадки. На секунды в комнате стало так тихо, что было слышно, как в камине прогорело очередное полено.
— Говори, князь. Внимательно слушаю. Но не дай боже, если ты мне зубы решил заговаривать, да время моё тратить… — голос монарха прозвучал отрывисто, словно каждый звук гулко врезался в окружающие стены.
Было очевидно, что тон монарха, несмотря на разницу в титулах, сильно задевал собеседника, но тот всё же эмоции свои сдержал, и выждав несколько секунд, чтобы сделать пару глубоких вдохов для успокоения рвущейся наружу злости, произнёс:
— Думаю, тебе уже известно, что по всей империи стали пропадать детишки верных тебе аристократов? — заговорил он глухо, будто отдаляя телефон от лица.
Император медленно кивнул, хотя знал, что Наумов этого не увидит.
— Ну а далее, как нетрудно догадаться, восставшая против короны армия, не встречая никаких преград, направится в сторону твоего дворца.
Наумов говорил ровно, почти буднично, будто это касалось кого угодно, но только не его самого.
— И зачем же ты мне это рассказываешь? — ледяным тоном бросил император.
— Потому что я не хочу, чтобы и меня самого похоронили вместе с твоим троном, — без лишних раздумий ответил Наумов.
Романов глубоко задумался. Главный мятежник внезапно решает выйти из заваренной им же самим бучи и вдобавок уверяет, что вместе с этим отведёт свои войска от столицы. Фактически капитулирует, предлагая выгодную для короны сделку, наверняка в обмен на свою жизнь.
