Внутри темного дворца царевич внимательно следил за каждым жестом Алексея, его взгляд напряжен и мрачен. Алексей сидел непривычно тихо, ожидая дальнейших разъяснений. В воздухе царила какая-то неуловимая тревога перед предстоящей битвой.
Похоже, «Точка Бифуркации XIII» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так что, будьте добры, поднимите свои сраки и сделайте что-нибудь самостоятельно, без меня. И без этих дешёвых подначиваний.
В зале на миг стало тихо, настолько, что было слышно, как метель снаружи треплет гобелены на высоких стенах тронного зала. Черкасов медленно поднялся с места, лицо его налилось кровью, а губы сжались в узкую белую линию.
— Ты забываешься, князь, — процедил он сквозь зубы. Его голос не скрывал раздражения, а взгляд — ярости. — Сегодня мы на одной стороне, но…
— … но не дай бог тебе оказаться среди моих врагов, — жёстко ответил Алексей, также поднимаясь с места и ненавязчиво указывая взглядом на стоявшую по центру стола голову.
Этого жеста хватило, чтобы напряжение в помещении поднялось до предела. Многие из присутствующих переглянулись, искоса бросив взгляды в сторону восседающего во главе стола Романова. Император молча наблюдал за происходящим, до последнего не вмешиваясь в конфликт. Тем временем, оба князя стояли на ногах и злобно буравили друг друга взглядами, находясь буквально на расстоянии полуметра.
Но несмотря на накал страстей, ни Черногвардейцев, ни Черкасов не обратились к своей силе и не потянулись к оружию. Оба аристократа однозначно понимали, что в тронном зале, под сенью герба Романовых, такие действия стали бы откровенной глупостью, способной привести к конфликту уже с самим императором. И потому оба держались на грани, не позволяя себе ни шагу дальше.
— Нечего мне здесь устраивать, господа, — раздался в тишине холодный, обволакивающий, как стужа, голос монарха.
Романов не кричал. Он не повышал голос. Только каменный, осуждающий взгляд, не терпящий возражений и лишних вопросов.
— Прошу прощения, Ваше Императорское Величество, — первым повернулся к монарху Павел Игоревич и, с показным спокойствием, ничуть не извиняющимся голосом добавил: — Вспылил малость, с кем не бывает.
С этими словами Павел Игоревич как ни в чём не бывало снова опустился в своё кресло. Поза его осталась властной, подбородок высоко поднятым, а взгляд твёрдым. Аристократ сделал вид, что конфликт исчерпан. Но тот, кто умел читать между строк, знал: семена были посеяны. И когда-нибудь они обязательно дадут всходы.
Алексей же, по-прежнему стоявший, бросил последний взгляд на своего визави, а затем перевёл его на Императора.
