Тринадцатая часть эпической саги о реинкарнации и путешествиях между мирами. Главный герой, попаданец из скучного мира, обнаруживает себя в фантастической реальности, полной магии, опасностей и неожиданных возможностей. На пути к истине о природе своих воплощений он встречает загадочные...
Похоже, «Точка Бифуркации XIII» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В его взгляде было что-то жёсткое, властное и одновременно мудрое, будто он прошёл слишком большой путь для своего возраста. Свет и тень на фотографии подчёркивали мрачную харизму того, кого называли Князем Тьмы нового времени.
Фёдор Борисович Ивачёв, мужчина худощавый, с выправкой и холодным прищуром, не сразу отреагировал. Его взгляд пробежался по фотографии, задержался на лице изображённого, а затем медленно поднялся к стоявшему напротив гостю. Он скрестил руки на груди и поджал губы, всем видом выражая молчаливое сомнение.
— Вижу, что вас смущает, господин Ивачёв. Разговор с многоуважаемым князем и получение его официального разрешения на ваше участие в проекте, в случае полученного от вас принципиального согласия, мы берём на себя — за это можете не переживать, — прибывший гость буквально прочитал мысли уставившегося на него человека. — Также вам не стоит беспокоиться о возможном конфликте интересов или нарушении полномочий. К тому же, если говорить честно, я почти уверен, что Его Светлость, узнав о возможности вашего вовлечения в настолько перспективное дело, не просто не станет возражать, но и будет в этом весьма заинтересован.
Ивачёв ответил не сразу. Он отвёл взгляд к окну, за которым лениво шёл дождь, поглощаемый прохладным весенним вечером. Город весь тонул в сером, и казалось, что мира за пределами этих стен и вовсе не существовало. Это дало артефактору несколько лишних секунд на размышления.
— И всё же, — наконец проговорил Фёдор Борисович, — почему вы не поговорили с Его Светлостью изначально? Логика подсказывает, что в подобных делах следовало бы действовать строго по иерархии.
Сторчев, казалось, ни капли не смутился вопросу. Напротив, он располагающе улыбнулся, с лёгким скрипом отодвинул стул и не спеша сел, закинув ногу на ногу.
— Ответ прост, — уставившись собеседнику прямо в глаза, начал он. — Для успеха проекта нам важно, чтобы научные сотрудники шли не по приказу, не по принуждению, а по зову собственной воли. Чтобы каждый, кто включится в работу, горел ею, чувствовал личную причастность к чему-то великому. Когда вас заставляют, вы считаете часы. Когда вы горите — вы забываете про время. Вы же прекрасно это знаете, Фёдор Борисович, и думаю, наверняка согласитесь, что при таком подходе судьба проекта будет просто обречена на успех. А это и есть наша главная цель.
Тот молча кивнул, не желая вслух признавать, насколько справедливы эти слова. Он и сам не раз сталкивался с подобным. Принуждение ломает волю.
