Автор
Город погребен в руинах, страна исчезла из карт, мир выжат до дна. Люди лишились последних шансов жить, власть и порядок овеяны мраком. Нет покоя, нет семьи, нет надежды — все отрезано невидимой чертой. Жизнь стала точкой без перспективы продолжения. В этих строках скрыта не просто история, а дрожь приближающегося землетрясения в мире....
— Что? — Так как речь явно не шла о том, что происходит в непосредственной близости, я вновь посмотрел на экран. Возможно, все мои «шалуны» сейчас были заняты чем-то другим. Или я просто смотрел не туда, но ничего особенного не видел.
— Вертолет на крыше. И суета вокруг него.
Я опять перехватил управление одним из дронов, что скакал сейчас поверху, обеспечивая прикрытие. Повернул камеру в нужную сторону.
Далековато. Но вертолет и людей я видел.
— Никак начальство решило, что ситуация складывается не в их пользу? — предположил Богослов.
— Живых брать не приказывали, — подсказал я.
Богослов кивнул. Я отправил «шалуна» по крышам, на сближение.
— Тоско, слышишь? — спросил Богослов. Все это время остатки взвода бурно переговаривались, но у меня их разговоры были сильно заглушены — шлем автоматически делал громче только слова, касающиеся непосредственно меня.
— Да, что? Не до вас. Вы бы вообще возвращались уже. Никуда эти суки от нас не денутся. Не в этом городе. У нас тут бегут и бегут, как заведенные.
— Может, все-таки элементы от зомби в этом вирусе есть? — предположил Богослов.
— Я не разбираюсь, — смиренно признался Тоско. — Оператор вот разбирался в таком, а я не очень. Да вроде нет. Такое ощущение, что они вообще мимо бегут. Если не шевелиться, то могут пробежать и даже не заметить. На движения реагируют, особенно на резкие.
— Ладно. Слушай, тут сектанты деру дать намылились. Вертолет, все дела. Особые пожелания будут?
— Ракету им в дорогу, да и все.
Один из моих дронов вышел в резерв. Я видел, почему: сектант наткнулся прямо на него и не задумываясь влупил в мою машинку из чего-то тяжелого. Походило на РПГ,[11] хотя рассмотреть я не успел. И сам ведь погиб.
— Не, не люблю я на случайности такие вещи оставлять, — пробормотал Богослов.
— Погоди, — остановил я его. — Много сектантов, говоришь? И вообще без башки? Понижен инстинкт самосохранения, это я только что видел.
Богослов наклонил вниз голову и приоткрыл стекло шлема. Вытер пот. Опустил стекло обратно.
— Опять тот же бланк? Здесь-то откуда? Сектор другой, секта — вообще другая. Как они объединились? Откуда получили доступ к таким технологиям?
— Да оттуда же. Крот у нас. И либо их много, либо они очень высоко.
