«Нет! Я не Докча-сси, поэтому не понимаю…»
«Давай честно, ты думаешь, что я должен простить её?»
Ю Сангах ничего не сказала. С этим ничего не поделаешь. Рана начала кровоточить.
Наступила неловкая пауза, после чего я продолжил:
«Ты слышала про книгу под названием Убийца из Преисподней? Она была в списках бестселлеров Кьёбо».
Разговор о книге начался внезапно. Ю Сангах подумала, что прошлая тема закрыта и неуверенно ответила:
«Кажется я слышала об этом. Разве это был не удивительный бестселлер?»
«Это было эссе, написанное женщиной, с которой плохо обращался её муж, а она его убила за это. Критики неплохо его оценили. Они сказали, что вышла корейская версия Записок из Преисподней. Разумеется, это было переоценено».
Лицо Ю Сангах внезапно потемнело. Она поняла. Я не менял тему.
«Именно так. Моя мама написала её».
Ю Сангах открыла рот в изумлении.
«Я отлично помню, как группа репортёров ждала меня у дома. Они всё спрашивали меня – а было ли эссе реальным».
«Я помню, что говорили мои одноклассники. Они говорили, что моя мать зарабатывает на продаже своего убийства».
«Мои родственники тоже говорили подобное. Моя мать убийца. Как она посмела показать своё лицо в газетах?»
Ю Сангах хотела меня прервать, но я не позволил.
«Это было ощутимой сложностью. Чего уж там, это было пыткой».
«Я мог быть просто ребёнком убийцы. Но это ещё и продавалось, как кассовая история. Мою жизнь попросту превратили в деньги».
Я посмотрел на небо. Хоть сейчас была ночь, но я был уверен, что далёкие созвездия наблюдали за мной. Возможно эта история звучит и для них.
Но созвездия не торопились посылать мне монеты. Должен ли я радоваться этому? Я не знаю.
«Ты всё ещё думаешь, что я должен простить свою мать?»
Я не хотел слышать ответ. Я не хотел, чтобы она понимала. Наверное, это была самая уродливая форма насилия над Ю Сангах, которая выросла в приличной семье. Произвольное проявление несчастья, навязываемое тому, кто попросту не поймёт.
Ю Сангах грустила, осознавая, что не может понять. Я смеялся, наслаждаясь столь непривычным чувством победы.
«Прости. Это была шутка».
«Я солгал. Тебя одурачили, понимаешь? Ты думала, что есть такой роман? Мы с мамой обычные люди, а отец попал в аварию, когда я был подростком…»
Затем что-то маленькое и мягкое сжало мою руку. Оно было настолько тёплым, что я забыл, что хотел сказать. Некоторое время… я просто стоял.
Ю Сангах не смотрела на меня. И я не смотрел на неё. Мы шли рука об руку, но не смотрели друг на друга. Как будто этого было достаточно. Как ни странно, моё сердце постепенно начало успокаиваться.
Эксклюзивный навык, ‘Четвёртая Стена’ дрожит всё слабее
Возможно это было связано с реалистичной температурой тела.
Мы приблизились ко входу на станцию и услышали людей, устремившихся к нам.