Автор
В романе "Точно как на небах" Джулия Куинн создает тонкую и трепетную атмосферу детства Маркуса Холрояда. Изуродованная судьбой история одного маленького мальчика вставляет нас прямо в сердце одиночества и страдания, хотя и подчеркивает сильнейшую силу любви и дружбы....
Маркус задумчиво огляделся по сторонам, словно пытался найти объяснение ее странному поведению.
– Ты сердишься… – произнес он мягко, а может быть, даже снисходительно.
– Я не сержусь, – немедленно возразила она. Сердито.
Кто-нибудь другой непременно указал бы ей на то, что ее тон противоречит словам, но Маркус, конечно, промолчал и сохранил полнейшую невозмутимость.
– Я не сержусь, – пробормотала она, испытывая ужасную неловкость.
– Разумеется, нет.
Она резко вскинула голову. На сей раз он точно, совершенно точно говорил с ней покровительственно.
И будет продолжать в том же духе. Или молчать. Маркус никогда не устроит скандала.
– Я плохо себя чувствую, – торопливо проговорила она.
И не солгала. У нее раскалывалась голова. Ей было жарко и тошно, она хотела только одного. Поскорее добраться до дома, лечь в постель и зарыться в подушку.
– Тебе надо подышать свежим воздухом, – серьезно сказал он и осторожно взял ее под локоть, чтобы проводить к застекленным дверям, открывавшимся в сад.
– Нет! – каким-то чужим дребезжащим голосом почти крикнула Гонория. – То есть нет, спасибо. – Она судорожно вздохнула. – Думаю, мне надо поехать домой.
Он кивнул.
– Я найду леди Уинстед.
– Я сама ее найду.
– Я буду счастлив…
– Я в состоянии действовать самостоятельно! – взорвалась Гонория. Боже! Ей опротивел собственный голос. Она понимала, что лучше помолчать, но категорически не могла остановиться. – Я не желаю обременять тебя.
– О чем ты говоришь?
Поскольку честно ответить на этот вопрос было решительно невозможно, она предпочла не отвечать вовсе.
– Я хочу домой.
Маркус смотрел на нее так долго, что, казалось, прошла целая вечность, прежде чем он сухо поклонился и произнес:
– Как тебе будет угодно. И удалился.
А она отправилась домой. В точном соответствии с высказанным ею желанием. И это было просто ужасно.
Глава 19
День концерта
За шесть часов до начала
– Где Сара?
Гонория оторвала взгляд от нот. Она делала заметки на полях. Ничего из написанного не имело смысла, но по крайней мере ей начинало казаться, будто она знает, что делает, и поэтому она делала заметки на каждой странице.
Айрис стояла посреди комнаты для репетиций.
– Где Сара? – повторила она.
– Я не знаю, – ответила Гонория, оглядевшись вокруг. – А где Дейзи?
Айрис нетерпеливо махнула рукой в сторону двери:
– Она приводит себя в порядок. Не беспокойся о ней. Уж она-то непременно явится.
– А Сары нет?
Айрис, казалось, готова была взорваться.
