— Стой на месте, проказница.
А вот дулю тебе.
Срываюсь на бег, чтобы снова не получить, но даже если получу, с уверенностью могу сказать — оно того стоило. Подло хихикая забралась в шкаф в маминой комнате, закрыла дверцу и принялась успокаивать дыхание. Однако попа почему-то всё ещё чуяла неприятности.
В прошлый раз Женя испугался паука, когда мы были на пляже, я запомнила, да. И теперь по возможности его ими донимаю.
— Вася, выходи, подлый трус — позвал меня елейный голосок.
Ага. Знаю я тебя. Ты таким голосом Косю подзываешь, когда он нашкодит «Кося, ты маленький засранец, я тебе хвост выдерну, айда ко мне, живность ты бестолковая», а потом мордой в его же «дела» тычешь… А как такому голосу сопротивляться? Бедный киса. Я тоже бедная… НО умная, я не выйду.
— Вася, Солнышко, выходи… — и ведь прям рядом со шкафом стоит.
Ой. Дверца резко распахнулась, являя меня дяде перед ясны очи.
Широкая улыбка озарила его лицо. Нет. Вот этот момент стоит того, чтобы получить ремня."
"— Чудо-Юдо. — вздохнул дядя. — Пошли пауков искать, мне будет трудно работать зная, что ОНИ там. — лицо его скривилось, выражая все муки мира.
Продолжение.
Как только образ дяди перед глазами начал рассеиваться, я замолотила руками по спине ЧП.
— Какого чёрта ты творишь?!
Но вместо ответа, словно издеваясь, Карсайто упрямо взглянул мне в глаза. И не было там ничего, что могло бы мне понравится. Космос был зол, о чем свидетельствовали искры в потемневших глазах.
— Я напомню тебе, что ты первая меня укусила. — прорвался в моё сознание глухой шепот, от которого по спине пробежались холодные мурашки. Почему-то стало необъяснимо страшно, но это чувство было задушено в зародыше.
— Это не я тебя на себя спать уложила! Да и ты знал, что так может произойти, в конце концов, я не железная, так что пошел ты…
ЧП не собирался слушать меня, как не собирался и терпеть оскорбления, готовые сорваться моих губ. Более того, он считал, что имеет право на такие вещи, как поцелуй, что и продемонстрировал на глазах у всего взвода.
Он захватил в плен мою нижнюю губу, совершенно не заботясь о том, что я испытывала. А я испытывала в этот момент ураган чувств. Если бы кто-то пытался прервать этот поцелуй, ей Богу, прибила бы лично.
Казалось, будто под кожей вдруг ожили тысячи бабочек, чьи крылышки заставляли моё тело трепетать. Судорожный вздох. Чей? Не знаю. Язык скользнувший, как бы невзначай, по губе. Горячий, влажный. Вкус крови, такой металлический, необычный, но я очень остро его ощущала. Его волосы, щекочущие моё лицо, почему-то в них хотелось зарыться пальцами. Хотелось пить его дыхание, утонуть в нём. Руки сами скользнули к его затылку, чтобы притянуть ближе. Тело само льнуло, требуя ласк. Тихий стон и меня отрывают от моей добычи.