Противное нытьё в груди сменяется огненным жжением. Так оно и к лучшему. Скоро ему надоест.
— Когда вернёшься? — обняв себя руками, я смотрю, как Роман вдевает ноги в свои идеально гладкие туфли и застёгивает пиджак. На его лице застыло сосредоточенное выражение, появляющееся всякий раз, когда он полностью погружён в предстоящие планы на день.
— В четверг. Долго там делать нечего.
Выпрямившись, он шагает ко мне и быстро касается моих губ своими. Гладко выбрит, пахнет одеколоном. Для чего нам разводиться? Глядя на нас со стороны, можно предположить, что всё прекрасно. Утром мы вместе выпили кофе, а сейчас я, как и полагается хорошей жене, провожаю мужа в двухдневную командировку. Может быть, проблема состоит в моих завышенных ожиданиях? Я ведь прекрасно знала, за кого выхожу замуж. Не за чуткого романтика, а за циничного трудоголика, для которого бизнес всегда будет стоять на первом месте. Кто вообще сказал, что другие пары живут иначе? Кто знает, что творится у них за закрытыми дверями?
— Привези мне какой-нибудь сувенир. Чем славится Мурманск? Никогда там не была.
— Славится рыбой, но с собой я её не потащу. — Муж подхватывает с комода свой кожаный портфель и берётся за дверную ручку. — Всё, я поехал. Как прилечу — отпишусь.
Даже удивительно, насколько осязаемо отсутствие Романа в офисе. Шум голосов в коридорах стал будто бы громче, веселее, а воздух — более легковесным.
— Требуется минуточка вашего драгоценного внимания, Звезда Андреевна, — шутливо объявляет Вера, стоящая возле моего кабинета. — Я пришла к вам денег клянчить.
— Ну входите, — в тон ей усмехаюсь я, отпирая дверь.
— Я на секунду забежала, на самом деле. Раз уж ты снова полноправный член коллектива, то гони пятьсот рублей.
— У кого день рождения? — интересуюсь я, пока ставлю сумку на стол и лезу за кошельком.
Традиция сбора денег для именинников возникла ещё до того, как я пришла работать в «Родинский и партнёры», и, хотя её не помешало бы видоизменить, такое постоянство греет душу.
— Золотому мальчику сегодня исполняется аж двадцать три, — доверительно произносит Вера, начиная широко улыбаться. — Как подрос наш соколик, да?
Улыбнуться в ответ у меня не получается, потому что лицо и плечи сковывает странное напряжение.
