Автор
Надтреснутый муж Ромы и его авантюры вызывают раздражение жены. В атмосфере корпоратива возникают напряженные взгляды и невысказанные желания, когда внимание переключается на красоту и интриги окружающих. Начинается игра эмоций между персонажами.
Похоже, «Только между нами (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Всё же странно, что меня посетила мысль о разводе. Мы с Романом идеально подходим друг другу.
Рабочий день вот уже час как подошёл к концу. Последний хлопок двери раздался около минуты назад, и теперь в офисе царит гробовая тишина. Никто не собирается задерживаться здесь в отсутствие генерального.
Смотреть в ноутбук получается лишь с перерывами на отдых. Я то и дело откидываюсь на спинку кресла и перемалываю в голове этот проклятый эпизод. Какая же ты сука, Стелла. Эгоистичная озлобленная сука. Если после этого Матвей не перестанет обходить меня стороной, то он просто идиот.
Сощурившись, я пытаюсь вникнуть в составленную мной же таблицу, но грохот входной двери заставляет испуганно вскинуть глаза. В горле пересыхает, и сердце начинает колотиться быстро-быстро. На пороге стоит Сопляк. Глаза пугающе тёмные, на щеках багровеют пятна гнева.
— Ты кем, блядь, себя возомнила, Стелла? — хрипло цедит он. — С чего ты взяла, что так запросто можешь унижать других, указывая им на место?
Мои пальцы ощупывают стол, находят ручку и нервно её сжимают. Ступни, освобождённые от туфель во имя сверхурочных, снова пытаются в них втиснуться. Это тело улавливает волны гнева и неосознанно готовится защищаться.
— В мой кабинет без приглашения не входят. — Я пытаюсь произнести это твёрдо, но едва ли справляюсь: Матвей застал меня врасплох.
— Так выгони меня, — недобро усмехается он, продолжая приближаться к моему столу. — Только учти, что парни из дешёвых кабаков слишком тупы, чтобы слушать.
Позвоночник прошибает озноб — предчувствие приближающейся опасности. Я ненавижу, когда кто-то нависает над моим столом, поэтому тоже встаю. От недавнего сожаления не остаётся и следа: я не умею сочувствовать, когда не ощущаю себя в безопасности. Не вломись Матвей в мой кабинет, после возвращения домой чувство вины исполосовало бы меня в кровь. Сейчас же хочется только защищаться. Я слишком хорошо о нём думала, полагая, что Сопляк молча проглотит оскорбление и оставит меня в покое.
— А ты разве не должен сейчас сидеть в одном из них, угощая своих подруг? — холодно произношу я, скрещивая руки на груди. — День рождения бывает лишь раз в году. Едва ли стоило ждать конца рабочего дня, чтобы прийти сюда с обвинениями. Извинений ты здесь не получишь.
Это снова говорю не я, а восставшая оборона и то едкое чувство, которое застряло в груди и никак не желает исчезнуть. Мне важно победить. Если сейчас я сдам позиции, все две недели игнора пройдут даром.
Матвей презрительно щурится.
