Вы не хуже моего знаете всю подноготную об игре полов.
Виллоу многое отдала бы за то, чтобы не залиться румянцем после того, как Калеб сделал акцент на слове «миссис», однако справиться с собой она была не в состоянии Она молча взяла карты в руки и невидящими глазами уставилась в них.
Стук дождевых капель по брезенту прекратился так же внезапно, как и начался. Навалилась тяжелая тишина. Набежавший ветер сотряс шалаш. Калеб вылил дождевую воду из кружки в кофейник и снова подставил ее под капли.
— Сколько? — спросил он. Его голос был напряженным под стать телу.
Виллоу прищурилась и посмотрела на Калеба так, словно видела его в первый раз.
— Сколько карт вам нужно? — нетерпеливо повторил он
— Ни одной, — ответила Виллоу, отбрасывая карты — Дождь перестал. Не пора ли нам двигаться дальше?
— Вам не терпится увидеть… вашего мужа?
— Да, — шепотом ответила Виллоу и закрыла глаза, чтобы не видеть презрительного взгляда Калеба. — Да, я очень хочу увидеть Метью.
— Наверное, ему все известно о любви. — В голосе Калеба слышались гнев и презрение.
Виллоу открыла глаза и с трудом выдохнула.
— Да, Метью любит меня.
Калеб устремил взгляд на Виллоу. На сей раз на ее щеках не вспыхнул румянец, она не уклонилась от его взгляда. При упоминании о замужестве она краснела, но в том, что Метью Моран любит ее, она была абсолютно уверена.
Эта мысль отнюдь не принесла Калебу успокоения.
— Когда вы его видели в последний раз? — спросил он.
— Как давно? — продолжал допытываться Калеб. — Месяц назад? Шесть месяцев? Год? Больше года? — Он с трудом удержал себя от вопроса, который вертелся у него на языке. «Где вы были, когда Рено соблазнил мою сестру, посеял свое семя и оставил ее умирать?»
Но если бы он задал этот вопрос, у Виллоу появились бы свои вопросы. Она наверняка не сказала бы ему, где скрывается ее возлюбленный, ожидая прибытия своей женщины и состояния в виде арабских скакунов.
Калеб в сердцах отшвырнул карты, которые только что раздал.
Виллоу заметила это, но ничего не сказала. Она не могла понять, что руководит Калебом, но ясно чувствовала его свирепость.
— Отвечайте на вопрос, — прорычал Калеб.
— Какое это имеет значение, когда я видела Метью в последний раз?
Дрожащие руки Виллоу могли сказать наблюдательному человеку, чего ей стоило сохранять спокойный тон, но Калеб не смотрел на ее руки. Он смотрел на ее рот. Губы у Виллоу были глянцевыми, полными и розовыми, как и язык. Их форма сводила Калеба с ума.