Автор
Ли стала мастерски перекручивать карты, точно охотник за головками, а незнакомец наигранно улыбался и демонстрировал интерес к ее таланту. Неожиданный столкновение шатало мир вокруг — волны неуверенности и страсти вздымались, как прибой за бортом корабля.
Из уст Рейфа вырвалось проклятье, когда он в конце концов пробрался мимо слитков и влез в узкую нору койота.
Ева опустилась на колени и прислонилась к стене штольни. Она чувствовала, что ее бьет дрожь. Когда Калеб коснулся ее плеча, она в испуге отпрянула.
Низким, сильным голосом Рейф позвал Рено. Ответом ему было молчание. Рейф повторил зов с тем же результатом. Ничего не дали третья и четвертая попытка.
— Кэл, Вулф, оттащите эти слитки наверх к Джесси, — сказал Рейф через минуту. — Они загораживают доступ.
Раздались удары лопатой о камень — это Рейф начал долбить завал."
"— Кто-то должен отгребать камни, — произнес Калеб.
— Это придется делать Еве. Здесь двоим мужчинам не развернуться.
Вулф наклонился, осветил фонарем нору койота и разразился руганью сначала по-чейеннски, а затем по-английски.
— Он прав, Кэл. Эта распроклятая нора действительно впору лишь койоту.
Калеб нагнулся, посмотрел и начал подбирать тяжелые золотые слитки, ругаясь на чем свет стоит и поминая про связь дураков, золота и преисподней.
Рейф продолжал работать, не меняя ритма, пробиваясь сквозь рыхлые и крошащиеся породы, выталкивая отходы по бокам от себя и молясь о том, чтобы остальная часть норы выдержала.
Пока Рейф вгрызался в обрушившуюся породу, Калеб и Вулф сделали несколько рейсов на поверхность и отнесли слитки. Ева едва обратила внимание на отсутствие золота, разве что ей стало легче работать, когда она выгребала породу, освобождая место для новых отходов.
— Пришли Еву, если тебе потребуется замена, — сказал Вулф, забирая последний слиток.
Рейф что-то буркнул в ответ и продолжал долбить.
Через какое-то время сквозь щели в камнях Рейф увидел призрачный, колеблющийся свет фонаря.
— Я вижу свет! — крикнул Рейф, повернув голову назад.
— Рено там? — мгновенно откликнулась Ева.
— Не могу сказать. Потолок…
Конец фразы был заглушен обвалом камней. Вырвавшееся из уст Рейфа смачное ругательство было впору лишь матросу, а ведь недаром говорят: «Ругается, как матрос».
Несмотря на все старания, Рейфу не удавалось расширить нору до такой степени, чтобы протиснуться через нее. Мрачное выражение его лица, когда он с трудом выбрался назад в штольню, сказали Еве больше, чем она хотела знать.
— Чем больше я долблю, тем дальше от цели, — признался Рейф без обиняков, стирая пот с лица. — Я убираю крупные куски с прохода, а вместо них сыплются мелкие.
