Автор
Томление в Эйкебю, одном из заброшенных хуторов Гростенсхольма, носило в себе не только обычные долги и заботы, но еще и тонкие грани семейных уз и человеческих слез. Жизнь барона Дага Мейдена и его матери Шарлотты была наполнена тревогой и неприятностями, пока старая супруга не подросла и не привнесла в дом новую тайну и острое чувство долга....
Но ведь этого не хватит.
— Нет, их не надо трогать. Но ведь ты знаешь, что мои родители, Тенгель и Силье, были богатыми людьми. И я, и Лив получили от них немалое наследство.
Голос у Ирьи задрожал. Она умоляюще смотрела на Аре.
— Не могу ли я попросить взаймы? Я обязательно верну долг, даже если для этого потребуется сто лет!
Аре улыбнулся.
— Тебе не надо занимать. Это дело Таральда. Но, как я понимаю, ты пришла сюда тайно от него?
— Да, он не хочет ни у кого просить помощи и рассчитывает на свои силы.
— Как же он собирается вернуть этот карточный долг? Лучше нам поторопиться, пока он в отчаянии не выдумал чего-нибудь.
— Но это деньги из вашего наследства!
— Не беспокойся, я заработаю себе еще для моих детей и внуков. Ведь Таральд мне родной. Кроме того, я могу попросить деньги у Лив и Дага, если понадобиться.
Она колебалась.
— Наверное, лучше, чтобы это сделал сам Таральд.
— Пожалуй, ты права. Но как ты объяснишь ему, откуда взялись деньги?
У нее вытянулось лицо.
— Действительно, я об этом не подумала! Как же мне сказать?
Аре оживился."
"— Положись в этом на меня! Я зайду к вам вечером с деньгами и скажу, что узнал от других людей об этом карточном долге.
Ирья кивнула в ответ. Она тоже знала об этом.
— И потом я скажу, что это подарок от Силье тебе, Ирья. Но чтобы Таральд ничего не заподозрил, я принесу вам 600 талеров, и ты сможешь оставить себе сто. А он отдаст свои пятьсот. И пусть потом возвращает тебе эти деньги как хочет.
— Но он не сможет сделать этого!
— Здесь ты не должна вмешиваться, Ирья. Это его долг, а тебе не следует платить за те ошибки, которые он совершал вместе с Суннивой.
В этом Аре был прав.
— Дядя Аре, сердечно благодарю вас, — сказала Ирья со слезами на глазах.
1625 год…
Роковой год для рода Людей Льда.
Сесилия еще не знала, что это было последнее Рождество, которое она встречала дома вместе с родными из Гростенсхольма и Линде-аллее.
