В дневнике Лесли Стюарт: "Сегодня утром я встретила человека, за которого собираюсь выйти замуж". Прозрачное начало завязывает атмосферу опасности вокруг этой предстоящей свадьбы. Как простая запись в дневнике скрывает будущие кошмары?
Это ваша первая? – Он говорил так небрежно, словно речь шла о теннисном матче.
– Первая.
– Если нужна будет помощь, только позовите.
– Спасибо, – кивнула Дейна и нерешительно пробормотала: – Скажите, кто такой полковник Гордан Дивьяк?
– С ним лучше не связываться. Мы все считаем его чем-то вроде главы сербского гестапо, но в точности никто ничего не знает. Самое лучшее – держаться от него подальше.
– Постараюсь.
Когда Дейна уже улеглась, раздался оглушительный взрыв, затем второй, стены затряслись. Девушке стало страшно, но сердце сжалось от нетерпеливого ожидания.
Утром она переоделась в джинсы, грубые ботинки и камуфляжную куртку. Ей не терпелось приступить к работе, однако в ушах звучали предостережения Мэтта: «Не лезьте на рожон. Ни один, даже самый сенсационный репортаж не стоит вашей жизни».
Дейна, Бенн и Уолли спустились в ресторан.
– Совсем забыл! – воскликнул Уолли. – Через месяц я стану дедушкой.
– Потрясающе! – искренне обрадовалась Дейна. Будут ли и у нее когда-нибудь дети и внуки? Кто знает?
– Вот что, – предложил Бенн. – Давайте сначала дадим обзорный репортаж о том, что здесь происходит и какие страдания приходится выносить местным жителям. Мы с Уолли наметим места съемок, а вы, Дейна, попробуйте получить время для спутниковых передач.
– Прекрасно.
На улице уже стоял «лендровер».
– Доброе утро, – приветствовал их Йован.
– Здравствуйте, Йован. Мне нужно попасть на телестудию, у которой есть свой спутник.
В это утро Дейне впервые довелось как следует рассмотреть Сараево. Казалось, в городе не осталось ни единого целого здания. Перестрелка ни на минуту не затихала.
– Неужели они никогда не прекращают стрелять? – удивилась Дейна.
– Только если кончатся патроны, – мрачно объяснил Йован. – А патроны никогда не кончаются.
"Улицы были пустынны, если не считать нескольких смельчаков-прохожих, кафе – закрыты. На тротуарах и мостовых чернели бомбовые воронки. Машина миновала здание с большой вывеской «Освобождение».
– Это наша газета, – гордо заметил Йован. – Сербы пытаются уничтожить ее, но не могут, как ни стараются.
Уже через несколько минут они добрались до нужного места.
– Я вас подожду, – пообещал парень.
В вестибюле за стойкой сидел охранник лет восьмидесяти на вид.
