Пристально посмотрел в глаза Ксениному отражению в зеркале и негромко выдал:
— Давай поженимся? И ребенка родим…
Рука девушки застыла в воздухе вместе с расческой, так и не коснувшись гладких прядей. Во взгляде вновь мелькнула укоризна. Ну почему он завел разговор об этом именно сегодня?
— Дине уже пять будет, пока второй родится — шесть… Разница большая…
Ксения молчала, не зная, как реагировать на предложение руки и сердца. Вроде бы, полагалось радоваться, что Денис готов узаконить их отношения, вот только ожидаемого прилива счастья не ощущалось.
— Заявление в загс подадим, ресторан закажем, — соблазнял ее красивыми и желанными для любой девушки картинками важного торжества Денис, одновременно и нашептывая ей на ухо и глядя на ее отражение в зеркале. — Платье шикарное купим, в свадебное путешествие поедем.
— Ты только на работу вышел. Кто тебя отпустит в свадебное путешествие? — усмехнулась девушка, возвращая ему сквозь зеркало взгляд лишь с тенью улыбки в глазах.
— А мы летом, — продолжая нежно терзать мочку уха Ксении, промурлыкал парень. — Свадьбу сейчас отметим, а в путешествие летом, м-м?
— А если я летом беременная буду? Как я поеду? — откровенно начала злиться Ксения. Неужели Денис не понимает, что ей сегодня, сейчас не до этого?!
— Я буду только рад, — парень, казалось, не замечал мелькнувших в ее глазах искорок гнева. — Девочку хочу, — протянул мечтательно. — Дочку.
Со стуком опустив расческу на полку, Ксения слишком резко скинула с себя руки Дениса, поднялась с пуфика. Отошла в дальний угол комнаты. Парень успел заметить ее хмуро сдвинутые брови, что тут же смыло с его лица благодушную улыбку. Вместо этого, губы скривила горькая усмешка. Он какое-то время еще посидел в той же позе, в какой его застал всплеск Ксюшиного гнева, затем медленно распрямился, повернулся к ней.
— Понятно. Ты не хочешь за меня, — констатировал ровным голосом, в котором нельзя было распознать обуревающих его в данный момент чувств. Ни обиды, ни возмущения, ни облегчения — ровным счетом ничего.
— Денис, извини, но сейчас я не хочу об этом говорить, — не оборачиваясь к нему, глухо призналась Ксения. Еще и его слова о девочке-дочке напомнили о тайне, о которой, слава богу, так никто и не узнал. И почему она всегда вынуждена что-нибудь да скрывать от Дениса?!
— Это из-за твоего бывшего, да?
Всё-таки обида прорвалась наружу, захлестнула ослепляющей волной.
