Сергей Бабкин и Макар Илюшин сосредоточены на последней задаче — сборе мотылок. В их сапогах — ажурные белые пятна, напоминающие бумажные снежинки из детства. Осенью они собирали их в лесу, теперь же ищут среди листьев зимой.
Она меня, по-моему, не слушала и готова была выложить любую сумму.
– Надеюсь, ты этим не воспользовался?
– Разумеется, воспользовался, – оскорблено сказал Илюшин. – За кого ты меня принимаешь! Когда еще у меня выпадет шанс слупить денег с несчастной измученной женщины. Я тут присмотрел новую кофемашину всего за сто пятьдесят тысяч.
– Сто пятьдесят штук? – ахнул Бабкин. – Ты решил латте на районе продавать, что ли? Кофейня «Ночи Кабирии»?
Илюшин насмешливо поднял брови. Сергей мысленно взвыл, поняв, что только что довольно нелепо подставился.
– Ого! – уважительно протянул Макар. – Маша исполнила свою угрозу и приобщает тебя к мировому кинематографу! Это я одобряю. Ты был питекантроп.
– Каким я был, таким я и остался, – пропел Бабкин, твердо намереваясь не дать Илюшину ни единого шанса воткнуть в него бандерилью.
– Неужели ты запомнил, как зовут актрису? Не верю! Это даже Машке не под силу!
– Джульетта Мазина, – с достоинством сообщил Сергей.
Макар всплеснул руками.
– А ведь до вчерашнего дня ты считал, что Кабирия – это столица Антананариву!
Бабкин сделал вид, что получил сообщение, и, не ответив, неопределенно махнул рукой и вышел из комнаты.
– Антананариву – столица Мадагаскара. Можешь не гуглить, мой компетентный друг.
3
На въезде в садовое некоммерческое товарищество «Серебряные родники» Сергея Бабкина разобрал смех.
– Серебряные рудники, – выдавил он сквозь хохот.
Редкие рудокопы безразлично смотрели на едущих мимо сыщиков.
– Сережа, это нервное, – сочувственно сказал Макар и похлопал его по руке.
Бабкину стало не по себе. Он довольно долго варился в раздумьях о том, что не сможет работать с Илюшиным после Карелии[1]. Что все зашло слишком далеко. Но вслух ничего не говорил. Не пытался обсуждать с Макаром случившееся. Работал как прежде.
Откуда Илюшин узнал?
Глупый вопрос. Как-как… Это же Илюшин.
– Жена покинула тебя ради каких-то гребенчатых.
Сергей осторожно выдохнул. Ничего Макар не понимал, он списывал его нервозность на переживания из-за отъезда Машки в какую-то неведомую глушь. Бабкин уговорил ее взять свой «БМВ», а сам зашел в ближайший автосалон и выбрал «Тахо» – монументальный внедорожник, как описывали его рекламщики.
