В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
– А еще больше мне нравятся фирмы, у которых молодые и красивые директора. Если вдруг что не так, всегда можно взять натурой.
Он подошел к ней и, одной рукой обняв за талию, другой облапал грудь. Кристину как током ударило. Она оттолкнула нахала и сама отпрыгнула от него.
– Что, не хочешь натурой отдавать? – засмеялся коренастый. – А натура у тебя хорошая, мне нравится…
– Ты кто такой? – набралась она смелости.
– Вот это правильный вопрос. Мукомол я. Если ты здесь работаешь, то должна была слышать, кто я такой…
– Мы недавно здесь.
– Значит, не слышала про меня?
– Нет.
– А я слышал. Пивом вы здесь торгуете… Это моя территория, и я все здесь про все знаю. Улавливаешь суть?
– Сколько ты хочешь?
– Тридцать процентов от прибыли.
– Понятно, – вздохнула Кристина.
– Что понятно? – с подозрением всматриваясь в нее, вкрадчиво спросил Мукомол.
– Ну то, что тридцать процентов, понятно…
У нее муж занимался рэкетом, и она знала, что рано или поздно на нее должны были наехать.
– Да нет, не то тебе понятно, – покачал головой Мукомол, словно читая ее мысли. – Свинтить ты надумала. Правильно?
Кристина промолчала. Ситуация сейчас была такая, что любое сказанное слово могло обернуться против нее. Но и молчание тоже не выход.
– Не получится у тебя свинтить, – в хищной усмешке скривил губы браток. – У нас длинные руки, мы тебя везде достанем…
– Я знаю.
– Но все равно свинтишь?
Кристина опустила глаза. Судя по тому, какими глазами смотрел на нее браток, молчанием отвечать на его вопрос нельзя. Неправильный ответ мог вызвать психический взрыв, который неизвестно чем мог закончиться.
– И что скажешь?
– Я остаюсь. Но с условием.
– Хочешь снизить процент?
– Да.
– Хорошо, пусть будет двадцать пять.
– Двадцать.
Мукомол смотрел на нее долго и напряженно, но вот его губы изогнулись в жалком подобии улыбки.
– Двадцать процентов и ящик пива сверху.
– Договорились, – сказала Кристина таким тоном, как будто последнее слово оставалось за ней.
– А ты мне нравишься, – игриво подмигнул ей Мукомол.
– А ты мне – нет! – Она уже поняла, в каком тоне нужно говорить с этим существом.
– А если хорошо подумать?
– Время покажет, – отрезала Кристина.
– Ну, тогда до новых встреч, – улыбнулся браток.
– Всего хорошего, – процедила она сквозь зубы.
