Автор
На лоджии домашнего питомца, бегающего и капельками дождя покрытого, начинается непростая перебранка с хозяином. Пахнет курением и ожиданием выходного вечера. Атмосфера смесь несчастной усталости и надежды на маленький волшебный час, когда все успокаивается и можно отвлечься....
Людмила Сергеевна, – уточняет мальчишка.
– Пригласить Людмилу отдохнуть где-нибудь у нас, пока не вернется муж.
– Вот так вот просто похитить человека? Это же незаконно… – качает головой Софья. – Вы совсем ничего не боитесь?
– Я не боюсь только того, что нельзя доказать. Похищение в нашей стране доказать практически нереально. Как она докажет, когда мы ее отпустим? Ее слово – против моего слова? – развожу я руками. – И то, если только засвечусь.
– Так если она заявит в полицию, заведут же дело.
– На каком основании?
– На основании ее заявления!
– Вот придешь ты сейчас, Софья, в милицию, скажешь: «А меня похитил господин Волков! – что, в принципе, является чистой правдой.
– Не поверят?.. – прищуривается она.
– Тебе? Тебе – сто процентов поверят! Да только что дальше? Ты – вот она, на свободе. Я улыбаюсь и говорю, что барышня все выдумала… Физического ущерба на тебе никакого. Свидетелей у тебя нет. А у меня целая стая свидетелей, что я тихо, мирно проводил время с ними. Дальше что?
– Ничего?
– Ничего!
Она тяжело сглатывает.
– Страшно в России жить? – улыбаюсь я.
Кивает.
– Будьте аккуратней, барышня. Хотя уже и поздно! Итак… Мы могли бы Людмилу временно обезвредить. Но, к сожалению, мы не можем быть уверены, что она уже не оформила на этого мужчину какие-то доверенности. В таком случае он доведет дело до конца без ее присутствия. Забрать их двоих?… А ведь за ним целая рейдерская организация может стоять. И это опять ничего не решит. Мачеху они твою, скорее всего, кинут, конечно.
– Я ничего не скажу!
– Надежнее будет, если ты ничего не будешь знать. Но ты нам должен будешь немного помочь. Ты знаешь, как со своими паролями из дома в сеть организации выйти и все там на себя переключить?
– Ну… теоретически – да.
– Давай. Займись этим. И жди моих указаний. С мачехой не ругаться. Тупить. Переживать за отца. Никакой почвы для подозрений ей не давать. В кабинете его за собой прибери. Понял?
– Да.
– Тогда вперед! Будь на связи круглосуточно.
Мальчишка уходит.
– Волк, а если твой Воронков не заплатит? – хмурится Коркин.
– Заплатит…
– Ну, а если – нет?
– А если – нет, – просматриваю запись на замедленном режиме еще раз.
