Я стояла перед просторной хибарой трактирщика под башней, где воздух был пропитан смесью пряностей и легкого дурмана от виски. Передо мной лежал документ с невероятными условиями - мой новый дом вот-вот прибудет, а вместе с ним — неизведанные богатства родственника.
Это он должен бояться, а ты управлять ситуацией!
— А если не дома?
— Весь мир — наш дом, — хмыкнула я, заканчивая обрабатывать ещё не проступившие синяки мазью, вытерла руки, заплела воспитаннице новую косу и щёлкнула по носу. — У тебя огромная семья. Тридцать братьев и сестёр, я, Доминика, Нэди, Руфус. С такой стеной никакие беды не страшны. Запомни и передай другим.
Миса ответственно кивнула, я отдала ей свой шарфик вместо оскверненного и отпустила к сестре, зная, что Эрика себе уже места не находит.
Мы вышли в зал, Эрика забрала сестру, а я позвала старшую тройку парней во двор на разбор полётов.
Бесо покашлял, напоминая о себе, и я оторвалась от бестолкового созерцания.
— Кто сегодня дежурный?
— Дайс, — ответил Бесо.
— И почему его не было рядом с Мисой на момент происшествия? — спросила, глядя на Бесо, и только потом посмотрела на Дайса, бледного и напуганного.
— Я уснул в конюшне. Плохо спал ночью, но это не оправдание, — понурился парень.
— Не оправдание, — кивнула я. — На первый раз я просто лишаю тебя сегодняшней зарплаты. Бесо, запиши в журнал обязательно. Но если ситуация повторится, это касается каждого, я отхлестаю крапивой не гостя, а вас.
Парни кивнули, разом расслабляясь. Видимо, думали, что выгоню? Ну нет, раз на то пошло, это моя вина в первую очередь, а не мальчишек. Нужно было тщательно объяснить, как себя вести девочкам, чтобы не было подобных проблем. Это же очевидно, что мимо трактира ездят в том числе и сволочи.
— Я должен извиниться перед Мисой, — твёрдо произнёс Дайс. — И если… Если он успел, я на ней женюсь, как только исполнится шестнадцать.
Вот навряд ли кому-то в мире вообще удастся удивить меня больше, чем этим детям!
— Не успел, она смогла сбежать. Но извиниться действительно нужно.
Дайс кивнул, и они с Бесо ушли разговаривать с Мисой. Вернее первый извиняться, а второй, очевидно, проводить тот же инструктаж, что и я. Ну и хорошо, повторение - мать учения!
Я вернулась в зал, уселась рядом с фитоллийскими гостями и принялась молча есть.
