Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
— Никто из отдыхающих не уехал раньше срока?
— Никто… — он беззвучно пошевелил губами, высчитывая. — Сегодня пятница, уже почти неделя с того дня… Разъезд в среду. Завтра последняя суббота, все поедут покупки делать.
— Вы обычно берете их в служебный автобус?
— Вечером? — переспросил он. — С моего разрешения. Но чаще я не отказываю. Кто в театр опаздывает, кто — на концерт.
— И в понедельник? В тот день, когда все произошло, — тоже?
— Чаще всего кто-нибудь едет."
"— Припомните: Белогорлова в тот день, наверное, в автобусе стояла?
— Мы так не ездим… — Внезапно Гилим задумался — А пожалуй, вы правы.
Был случай, когда она не захотела сесть, а места были!
Главное Денисов теперь знал: «Белогорлова стояла. У нее был повод предложить кому-то из сидевших в автобусе подержать ладью… Можно было, конечно, собрать всех сотрудников пансионата в автобус, попросить, чтобы каждый сел на то самое место. А через пять минут весь пансионат знал бы, что несчастного случая не было. Что идут поиски…»
Гилим воспользовался паузой:
— Подбросить вас на машине? На всякий случай я попросил шофера быть на месте.
— Я хотел бы сначала позвонить.
— Вот и хорошо, — Гилим поднялся. — Я отдам пока нужные распоряжения.
«Такое чувство, будто начался отсчет времени…» — подумал Денисов.
Телефон дежурного по отделу был занят, Денисов снова набрал номер аппарат в дежурке старались обычно надолго не занимать.
Трубку снял Сабодаш:
— Денисов? — иногда, незаметно для себя, в запарке, Антон мог быть сугубо официален.
Включаю.
— Бахметьев, слушаю, — раздалось в трубке почти одновременно со щелчком коммутатора.
Доклад Денисова был лаконичным — главное, хрустальная ладья, отпечатки пальцев.
Поскольку Бахметьев молчал, Денисов добавил тоже коротко, почти протокольно:
— Кражи книг из пансионата не было. Преступник проверил стол библиотекарши — там могли храниться компрометировавшие его записи. Книги просто для отвода глаз, он бросил их неподалеку, между столовой и танцевальным залом.
Бахметьев спросил:
— Где находится сейчас хрусталь?
— В отделе, в камере вещдоков.
— Хорошо, — Бахметьев хрипло выдохнул. Он как будто расстроился даже от раскрывшихся перспектив. — Сейчас подключим эксперта-криминалиста.
— Я поручил бы ему вначале проверить дактилокарты лиц, объявленных в розыск, — сказал Денисов. — Ваза была в нескольких руках, могут сохраниться один-два отпечатка. Эксперт знает.
