Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
Когда один из телефонов-автоматов освободился, Денисов вошел в кабину, набрал номер института Склифосовского.
— Белогорлова? — переспросил недовольный женский голос. — Сейчас…
Прошло несколько секунд — на том конце провода совещались.
— Кто спрашивает? — голос прозвучал мягче.
«Скончалась…» — подумал он.
— Из уголовного розыска, Денисов. Вокзальная милиция.
— Вы звонили ночью… — Там опять помолчали. — Могу сказать только: положение критическое.
— А прогноз?
— Состояние продолжает ухудшаться… — Он не ошибся.
«Такая честная…» — вспомнил Денисов.
Он перезвонил. Дежурный врач сообщил то же самое и почти в тех же выражениях.
— Скажите, — спросил еще Денисов. — При ней было кольцо?
— Сейчас проверю. Подождать можете?
— Жду.
— Нет, — сказал он через минуту. — Украшений не было.
— И еще! Кроме меня и родственников кто-нибудь ночью звонил? Интересовался ее состоянием?
— Нет пока. К нам вообще ночью не звонят. Обычно утром и вечером.
Не выходя из автомата, Денисов позвонил еще в таксомоторный парк насчет мужа Гладилиной.
— Нет, машину пока не ставил. Задерживается, — ответили ему. — Звоните позже.
«Странно…»"
"И все же при свете дня обстоятельства несчастного случая с библиотекаршей уже не казались загадочным нагромождением случайностей, как накануне. Кто бы ни увел с места происшествия «Запорожец», каким бы ни оказался повод, приведший Белогорлову из пансионата на другой конец города, причиной травмы, а через несколько минут или часов, возможно, уже и гибели библиотекарши оставался наезд рефрижераторного поезда, под которым она пыталась пролезть, спеша к платформе.
«Несовместимость полученных тяжких телесных повреждений, — обычно писали судебно-медицинские эксперты в своих заключениях, — с жизнью…»
Последний звонок Денисов адресовал в дежурную часть. Антон взял трубку не сразу — сдавал смену.
— Дежурный по отделу… — голос уже не звучал тревожно-вопрошающе, как ночью.
— Денисов говорит. Как дела?
— В порядке. Спасибо.
— Материал о несчастном случае у тебя?
— Пока да. Я сказал, что на утро вызван директор пансионата. Бахметьев просил позвонить, прежде чем ты куда-нибудь уедешь.
— Не знаешь, по какому вопросу? — спросил Денисов.
— Думаю, по несчастному случаю. Мне приказал задержаться, вместе со сменщиком при свете осмотреть место происшествия… Ты скоро будешь?
— Еду.
