В темной комнате ждала смерть, но яркий свет включился внезапно. Я упал на роскошный ковер и обнаружила себя в чужой квартире. Стены окружали тьма, а голос разума прорывался через нее, как новогодняя канонада.
"
"– Полынь, хвощ и зверобой, – быстро перечислила я, поочерёдно загибая пальцы, – не знаю, чем именно руководствовался господин Кляйн, но у него получилось создать самый опасный состав трав, который только можно представить!
– Что?! – взвился до потолка тонкий визг Франтишека, – Да как ты смеешь…
– Заткнись! – рявкнул на него Аллатристе, и мы вместе с Кляйном синхронно вздрогнули.
Капитан перевёл тяжёлый взгляд на меня.
– Поясни, – велел он, – чем он опасен?
Я протестующе помотала головой.
– Капитан, – веско сказала я, в упор глядя прямо ему в глаза, – я обязательно поясню всё, но только в процессе работы.
И – о чудо – Тайрон молча кивнул.
– Бежим обратно к Фрее, – отрывисто сказал он, – всё расскажешь по ходу дела.
– А как же я? – сдавленным голосом просипел Франтишек.
– А вы, господин Кляйн, пойдете с нами, – отрезал капитан, – у меня к вам будет отдельный разговор!
Франтишек ещё что-то возмущённо проблеял, но я уже не слушала.
Голова кружилась от возмущения и нервов.
Мало того, что этот лекарь не лечил, а целенаправленно калечил бедного ребёнка, так ещё та штука, которую я увидела в её ауре, тоже явно там не с добрыми намерениями появилась!
Ну ничего, я со всем справ…
Дверь в спальню Фреи распахнулась передо мной сама, и мне навстречу пулей вылетел переполошенный Пак.
– Рита, беда! – проорал он мне в ухо неожиданно трубным голосом.
Глава 14
Я не стала тратить время и выяснять на пороге, что случилось. Вместо этого я молча влетела в спальню Фреи и обомлела.
Девочка лежала неподвижно, чуть приоткрыв рот. Её губы стали совсем синюшными, обметанными по краям потрескавшимися сухими пленками. Веки были сжаты неплотно, и между ними виднелась узкая белёсая щёлочка…
– Звёздочка!! – раздался звериный рык за спиной, и Аллатристе, едва не отшвырнув меня с пути, кинулся к Фрее.
– Я убью его, – прорычал он, – этому гаду Франтишеку не жить…
– Погодите, капитан! – пропавшая было от шока способность говорить вернулась ко мне, и я метнулась к девочке. Схватила тонкую, безжизненно свисающую ручку, похожую на ивовую веточку, и прижала пальцы к внутренней стороне запястья.
