Автор
Вера уверяет вас: всегда быть готовым к неожиданным приключениям. Несмотря на свои недостатки, вы знаете одно точно — фраза "Только тихо! Информация исключительно для своих!" обещает только худшее. Чтоб избежать опасности, нужно бежать вдоль лесных ручьев и прячется на самый дальний угол света....
Я даже немного расслабляюсь, когда симпатичная секретарша в светлой сияющей приемной, улыбаясь, приглашает присесть, сообщая, что Сергей Дмитриевич скоро будет."
"Осознание того, что все пойдет наперекосяк появляется лишь тогда, когда начинается второй час моего ожидания. Минуты тянутся, а обещанный Сергей Дмитриевич все никак не появляется.
Хотя меня, привыкшую к пунктуальности, уже порядком все бесит, я продолжаю ждать, старательно делая вид, что все в норме.
Она меняется в лице лишь спустя еще почти сорок минут. Сперва чуть приоткрывает рот, а затем натягивает на лицо настолько широкую улыбку, что я невольно удивляюсь, как ей еще параллельно говорить удается:
— Добрый день, Сергей Дмитриевич!
Испытывая интерес, я поворачиваюсь в сторону входа и упираюсь взглядом в высокого темноволосого мрачного мужчину в темно-синем деловом костюме.
— Рита, кофе в кабинет. И побыстрее. — без приветствия приказывает вошедший мужчина и, не замечая меня, проходит к дверям, ведущим в кабинет. Лишь на пороге, уже взявшись за ручку, оборачивается, правда смотрит не на меня, а куда-то сквозь, видимо, на секретаря, чей стол находится позади, и спрашивает.
Пока я, мягко говоря, нахожусь в легком культурном шоке от вопроса, секретарша уже с готовностью рассказыает Сергею Дмитриевичу и о том, кто я, собственно, такая, и что я, в общем-то, тут делаю.
Видимо, для нее подобное поведение босса в порядке вещей. Я же к такому повороту оказалась не готова. Никогда не считала себя неспособной на достойную быструю реакцию, а тут как-то заклинило.
— Собеседование, значит? — с нотками раздражения уточняет местный царь и бог.
В ответ девушка кивает, не переставая улыбаться, кстати. Вот это выдержка. Ну, или какие проблемы с лицевым нервом.
— Именно. Вере Николаевне было назначено на одиннадцать, в вашем расписании это отмечено.
— Ладно. — таким тоном, словно только что он собственноручно спас мир от неминуемой гибели, соглашается Сергей Дмитриевич. — В кабинет.
До конца не понимая, кому адресована последняя фраза, решаю обернуться.
