Автор
В шестом часу утра зазвонил телефон, и Марина резко вскочила с кровати, недоумевая о причине столь раннего звонка. Узнав имя来电者, она вдруг обмякла от страха и волнения: подруга на грани кризиса, жестоко разорившаяся супругом. Марина сразу поняла, что дело нешуточное — требуется секретарь, способный помочь их семье в эти трудные часы....
— Не надо, я знаю, где оно лежит, — слабо улыбается, и я вспоминаю, как именно она помогала мне во время болезни. Друг в штанах тут же начинает шевелиться, но воли ему стараюсь не давать — всё равно нам с ним ничего не светит. Уж точно не сегодня ночью.
Мари и правда быстро достаёт простыню и наволочку, застилает диван и в растерянности смотрит на себя, потом на меня. Щёки вспыхивают.
— Мне… не во что переодеться.
Судорожно сглатываю, резко разворачиваюсь и иду к себе в спальню. Достаю из шкафа футболку, возвращаюсь, молча протягиваю девушке — говорить сейчас я не в состоянии.
— Спасибо, — шепчет и сбегает от меня в ванную.
Нет, это невыносимо! Постучавшись головой о косяк, прохожу в спальню, оставляя дверь открытой. Распахиваю окно, высовываюсь в него чуть не по пояс, жадно вдыхаю холодный воздух.
— Вы с ума сошли! — раздаётся громкий голос за спиной, и я в недоумении оборачиваюсь. — Заболеете! — Мари проскальзывает мимо и закрывает створку. — Ну прямо как ребёнок, ей-богу! — отчитывает меня, а я не могу отвести глаз от кудрявого эльфа в моей футболке, которая доходит ей почти до колен.
Малышка, пожалуйста, уходи! А то я за себя не ручаюсь!
Глава 27
Илья
Держусь из последних сил, но… Мари, вдруг замолчав, поднимает на меня свои зелёные в золотистую крапинку глазищи, и у меня окончательно срывает крышу. Шагнув вперёд, прижимаю к себе тонкую фигурку и ловлю раскрывшиеся в удивлении губы, впиваясь в них своими. Где-то на краю сознания остатки разума пытаются достучаться до мозга, крича, что я сейчас разрушу всё, чего с таким трудом добился, но просто не могу… не могу отпустить её!
Чувствую, как в грудь упираются руки.
Отдираю свои руки от неё и отшатываюсь назад, дыша, как будто марафон пробежал. Мари остаётся стоять на месте, глядя на меня расширенными глазами. Пока ещё не убегает, но до этого явно недалеко — видимо, она просто в шоке. Ну и чем я лучше тех мудаков, которые…
— Мари, — не успев отдышаться, умоляюще смотрю на девушку, — пожалуйста, прости! Я не должен был… Я… — не знаю, что сказать, и ерошу рукой волосы.
Она просто стоит и смотрит. И под этим взглядом я теряюсь окончательно, устало опускаюсь на край кровати и, тяжело уперевшись локтями в колени, утыкаюсь лбом в ладони. После всего, что обещал ей и себе, всё-таки позволил инстинктам взять верх. Ну не идиот ли?.. Слышу лёгкие шаги и понимаю, что всё. Ушла.
Внезапно чувствую лёгкое прикосновение и резко вскидываю голову.
