Автор
В этом жутковато-хорошеньком романе мы следим за женщиной, которая оказалась лицом на скамье подсудимых вместо любимого Вити, заключенного по обвинению убийства. Мать вынуждена сообщить печальный приговор семьям, и это оказывает страшное влияние на жену: губы ее дрожат от слез, когда она смотрит в глаза матери Витя, что больше не жив....
– О нет! Лучше я немного поучаствую в этом, чем гарантированно завязну где-нибудь в пробке. И потом – вряд ли сейчас в метро столько народа, не вечер ведь.
– Ну это да… Я тебя провожу. – И, не слушая никаких Лениных уговоров, Юлька ушла собираться.
Верный своему обещанию Паровозников ждал Лену в аэропорту. Несмотря на поздний час, там кипела жизнь: кто-то улетал, кто-то, наоборот, возвращался, сновали таксисты, хриплыми голосами предлагавшие свои услуги, прошел наряд полиции с большой овчаркой, равнодушно оглядывавшей людей, где-то истошно орал измученный духотой и поздним временем ребенок.
Андрей возвышался над небольшой группой встречающих и почти сразу заметил Лену, помахал ей рукой и начал пробираться ближе к выходу, чтобы забрать у нее чемодан.
– Привет, начальница, – совсем как в прежние времена поприветствовал он, берясь за выдвижную ручку.
– Ну что, какие новости?
– Задержали сегодня в три часа Жильцова.
– Как это? Без меня?
– Начальство твое согласилось, опираясь на присланные тобой выводы, и обвинение ему предъявили, так что в камере пока отдыхает наш фигурант, привыкает к местному времени.
– Поедем-ка быстренько в СИЗО, допрошу его по горячему, – заявила Лена, у которой мгновенно прошла и сонливость, и усталость после перелета.
– А куда спешить-то? До утра он никуда не денется.
– Нет уж, дорогой, не сбивай меня с рабочего настроя. Сдается мне, что господин Жильцов знает куда больше, чем мы могли предположить. Едем в СИЗО, я тебе по дороге подробно расскажу все, что удалось узнать в Москве.
– Как чувствовал – все бумажки оформил, – со вздохом поворачивая ключ в замке зажигания, отозвался Андрей. – И чего ты неугомонная такая?
Виктор Жильцов оказался высоким, худощавым мужчиной лет сорока пяти с очень темным загаром на лице, сильно контрастировавшим с его светлыми волосами, остриженными коротким «ежиком». На нем был дорогой спортивный костюм, а пальцы рук свидетельствовали о том, что мужчина хорошо знает дорогу в салон красоты к мастеру маникюра.
Он сел за стол перед Леной и уставился ей в лицо тяжелым взглядом глубоко посаженных серых глаз:
– С кем имею честь?
– Меня зовут Крошина Елена Денисовна, я старший следователь прокуратуры и веду дело об убийстве гражданина Полосина Алексея Витальевича.
– Ну, очень приятно, только я-то здесь при чем?
– Вы были знакомы с убитым.
