В журналистских рядах появился новичок — и он уже нарушает правила. Неужели драконы тоже могут быть одиноки? Этот парень думал, что его не заметят, но я все учуяла. Его пренебрежение к кому бы то ни было лишь подстёгивало меня писать о нём ищущей глазами.
Если учесть, что бедняжки наряжены в ритуальные одежды – длинное плотное платье, рукавицы, накидку, полностью закрывающую голову, остается лишь узенькая щель для глаз, – едва ли им до прогулок. Но традиция есть традиция. Меня пригласили одной из подружек невесты, а Брана – дружкой жениха.
– Когда рог протрубит три раза, – сказала я, с трудом разобрав записанные в спешке слова, – ты с друзьями жениха выбежишь на берег, поймаешь девушку и унесешь.
– Любую? – уточнил Бран, его глаза смеялись.
– Как пойдет! Но желательно все-таки ту, которая сейчас стоит перед тобой! – проворчала я, не всерьез, конечно, шутя.
Я растопырила руки, будто они превратились в дощечки, и вперевалочку потопала вперед, словно деревянная кукла. Бран сложился от хохота пополам. Я представила, как мы выплываем на берег, красотки в рукавицах и накидках – кто на одной ноге прыгает, кто задом наперед идет, кто руками размахивает, – и тоже покатилась от смеха.
– Что потом?
– Потом мы своим ходом добираемся в шатер на берегу, куда жених должен привести невесту. Вот и все.
– Статья получится отличная.
– У-у, журналюга!
Я притянула Брана за галстук и нежно поцеловала в губы.
Бран привез меня к дому невесты, оставил и укатил дальше. Невеста, пухленькая гоблинка, сидела на кухне в окружении подруг и рыдала.
– Что случилось? – опешила я.
Все на время прекратили рыдать и уставились на меня. Невеста, воспользовавшись случаем, захрустела орешками.
– Проводы, – объяснила она. – Садись рядышком. И рыдай."
"Обожаю свою работу! Мы рыдали во всю силу наших актерских способностей, не забывая, однако, угощаться и обмениваться шутками.
– А если он меня перепутает? – с тревогой спросила Тирри, только сейчас по-настоящему разволновавшись. – Ведь это очень важно! Тогда свадьбе не бывать!
– Все будет хорошо, – наперебой принялись мы успокаивать девушку.
