В журналистских рядах появился новичок — и он уже нарушает правила. Неужели драконы тоже могут быть одиноки? Этот парень думал, что его не заметят, но я все учуяла. Его пренебрежение к кому бы то ни было лишь подстёгивало меня писать о нём ищущей глазами.
Он взял мое лицо в ладони и бережно поцеловал. Я через силу улыбнулась: не надо, чтобы он уезжал расстроенным, пусть знает, что я спокойна и дождусь его возвращения.
– Моя умница, – повторил Бран. – Рози еще спит. Я оставил для нее букет пионов. Скажи ей…
Бран осекся, решительно поднялся, перекинул через руку сюртук, подхватил саквояж и вышел, притворив за собой дверь. Я сползла на подушку, уставилась в потолок и долго-долго лежала без мыслей и чувств, словно замороженная.
«Он вернется, все будет хорошо», – повторяла я снова и снова.
"Вот только не знаю, хотела ли я, чтобы наша жизнь стала другой. Я ничего не стала бы менять. Что может быть лучше, чем просыпаться рядом с любимым мужчиной, выпивать чашечку взвара, который он приготовил, смеяться с дочерью, расчесывая ей волосы, заниматься работой, на которой я чувствовала себя нужной? Ужинать всем вместе в компании мадам Пирип и доброго ворчуна мистера Кнопа – они тоже стали нашей семьей.
– Мамуля? – В спальню заглянула расстроенная Розали, она сжимала в руках букет белых пионов.
Моя девочка, мой веселый и жизнерадостный огонек, сердито вытерла мокрые глаза, шмыгнула носом.
– Глупые слезинки! – крикнула она. – Вы что, не понимаете, что дядя Бран скоро вернется?
– Очень скоро, воробушек.
Рози забралась ко мне под одеяло, мы обнялись. Мы обе скучали по нему.
Мадам Пирип пришла сегодня пораньше, как будто чувствовала, что нужна Рози.
– Это что за грустный вид? – строго спросила она.
И добавила заговорщическим шепотом:
– Птичка нашептала мне, что на площадь съезжаются балаганы с бродячими артистами. И кто-то видел глотателей огня!
Розали подпрыгнула на месте и босиком умчалась разыскивать туфельки, но через мгновение вернулась и забрала цветы с собой.
– Рози, поставь их в вазу, они ведь завянут.
– Нет, это мои цветочки, они пойдут со мной гулять!
Ну что будешь делать с этим ребенком! Но на душе стало светлей, когда Рози повеселела.
– Спасибо, мадам Пирип.
Гнома понимающе похлопала меня по предплечью.
Вскоре я отвлеклась на текущие дела: хорошо, что сегодня приемный день. Клиентов стало так много, что приходилось записывать их в очередь. Пять записей до обеда, короткий перерыв, а потом я иду с юной орочкой в парикмахерскую. Для жестких волос Тирпи сложно подобрать подходящую прическу, она очень волновалась перед свиданием и попросила сходить с ней.
