На мокрой асфальте проносятся капли дождя, подчеркивая скуку моего дня. Я вздохнула в окно, словно желая отвлечься от предстоящих неурядиц — Натка решила отправиться в Японию без меня и сомнений. Моя решимость вернуться домой не уступает ее решению, даже если она сулит много рисков.
Ты только подумай, как это страшно!
Идиот выпучил глаза и взял меня за подбородок.
— Послушай, подруга, а ты, случаем, в дурдоме на учете не состоишь?
— Нет, пока не поставили, можешь не волноваться.
— Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Надо бы запрос сделать, а то вдруг тебя разыскивают как уклоняющуюся от лечения. Вот что, быстро садись в машину!
— Зачем?
— Садись, кому говорят.
Идиот схватил меня за шиворот и затолкал на заднее сиденье. Сам сел за руль и включил зажигание.
— Мы куда? — спросила я, глотая слезы.
— Поедем от трупа избавляться.
— Как ты от него избавишься?
— Молча. В море скинем, а затем ты мне будешь салон драить. Если хоть одно кровавое пятнышко останется, я тебя вместе с твоей подружкой утоплю!
Мы приехали на какой-то пустынный пляж и вылезли из машины. Идиот достал труп лысого из багажника и положил на песок. Затем он наступил ему на грудь и вытащил из горла свою пику.
— По карманам можешь не лазить. Я уже все прошмонала. Там, кроме сотни баксов, ничего нет.
Идиот поднял голову и криво усмехнулся:
— А я вовсе и не хотел шарить по карманам…
— Это я так, предупредила на всякий случай. Вдруг захочешь.
— Сука, если ты сейчас не заткнешься, я зарою тебя в этот песок!
— Господи, ну почему ты такой грубый! И почему меня к тебе так тянет?
Идиот хотел меня ударить, но затем убрал руку и промолчал. Привязав к шее лысого приличный валун, он положил труп в оказавшуюся неподалеку лодку и позвал меня.
— Садись, будешь грести.
— Что?
— Что слышала. Бери весла — и за работу.
— А ты?
— А я буду отдыхать, потому что я никого не убивал. Это чтобы тебе в следующий раз неповадно было.
— Вообще-то, это мужское занятие…
— Греби, я кому сказал, а то сейчас ляжешь рядом с этим педиком на дно лодки.
Я стала невпопад махать веслами. Идиот выругался, приказал мне пересесть на корму, и мы поплыли.
— Только далеко не надо, а то я плавать не умею.
— Научишься.
— Я честно говорю, что плавать не умею. Не научусь, уже поздно.
— На море живешь, а плавать не умеешь.
— Самарская я. У нас моря нет.
— Вон откуда тебя принесло… «Эх, Самара-городок, неспокойная я, успокойте меня». Тебя что, успокоить некому?
— Некому.
Идиот перестал грести, и лодка остановилась. Выкинув труп за борт, он закурил сигарету и спросил:
— Куришь?
— Вообще-то нет. Бросила, но как в Токио приехала, опять стала. Тут такие нервы нужно иметь.
Идиот протянул мне сигарету, и я с удовольствием затянулась.
— Сейчас будешь драить багажник и салон.
