В темном переулке, девушка теряет сознание под гнетом непонятных угроз и собственной уверенности. Ее тело словно замерло в холода, а глаза перестают видеть свет, оставаясь лишь пустыми провалами чужих чувств. Кровь изменилась на ледяную воду, отражающую неясные образы, до которых ей трудно добраться....
— Не получилось у меня удрать, — тоскливо произнесла она, но так, чтобы ее слышали только одни подруги. — Теперь мне крышка.
— Какая крышка?
— Вы что же, ничего не поняли?
— Нет, а что тут понимать? Ты хотела уйти, но тебя не выпустили из ресторана до окончания поминок.
— Ну! Посланец велел мне задержаться. А что это значит?
— Что?
— Не иначе как он выбрал меня своей невестой, вот что!
В голосе Иры слышалась уже не тоска, а откровенное отчаяние.
— Вот и Алену точно так же выбрали в свое время, — произнесла она.
Подруги молчали. Способ сватовства в данной общине вызывал, мягко говоря, недоумение.
— И что, твоего согласия никто не спросил?
— Зачем? Подразумевается, что я должна быть на седьмом небе от счастья от подобного предложения.
— А кто он вообще такой, этот новый Апостол?
— Ты раньше его видела?
— Он занимал какое-то положение в общине?
На все вопросы Ира отрицательно мотала головой.
— Впервые его вижу.
К несчастью, ее последнюю фразу услышал Иркин сосед — пожилой дядечка с благообразной густой бородой и таким же густым басом. Он нахмурился и прочитал Ире целую проповедь по поводу уважения к старшим. К их мнению, авторитету и опыту. Лекция на тему послушания затянулась на добрых полчаса. Отвязаться от зануды не было никаких возможностей. И понурившаяся Ирка была вынуждена молча слушать надоеду.
Но в целом поминки прошли очень чинно.
Потом всех обнесли киселем, который тут подавался последним. И поминки были завершены. Люди стали понемногу вставать и расходиться.
— Можем сделать первый доклад Еремею, — прошептала Леся на ухо подруге. — Новый Апостол принял сан.
— Угу, я уже отправила ему эсэмэску.
— Оперативно! И что он ответил?
— Благодарит и просит нас быть осторожнее.
— Мне кажется, быть осторожнее следует кое-кому другому.
И Леся покосилась в сторону Ирины, сидящей с отрешенным видом.
