В темном переулке, девушка теряет сознание под гнетом непонятных угроз и собственной уверенности. Ее тело словно замерло в холода, а глаза перестают видеть свет, оставаясь лишь пустыми провалами чужих чувств. Кровь изменилась на ледяную воду, отражающую неясные образы, до которых ей трудно добраться....
— Вот почему все эти люди казались иной раз неадекватными!
— Испытанные средства мы подмешивали в еду и питье постоянно, — согласился с ней Посланец. — А как иначе? Нужно же было держать людей под контролем.
— Вы постоянно их травили!
— На самом деле испытания новых средств проводились не постоянно и не на одних и тех же людях, — поправил ее Посланец.
— Почему?
— Не выдерживали. Но все они, кому довелось участвовать в экспериментах, не подозревали, что происходит. И потому молчали.
— Какая гнусность!
— Это было их послушание.
— И погибали, надо полагать, ради нее?
— Только те, кого никто не стал бы искать.
Цинизм этого человека уже не просто пугал, он поражал. Кажется, Посланец и сам не понимал, до чего извращены его мысли и рассуждения.
— Это были девушки? — пискнула Ира. — Я слышала, как шептались об этом мои родители. Они пропали в вашей лаборатории?
— Девушки, юноши, старики, люди в расцвете лет.
— Так община, которую основал старый Апостол, с самого начала была всего лишь вашей подопытной лабораторией?
— Ну конечно! Мы дали денег старику. Впрочем, тогда он был еще далеко не стар. Он получил имя, власть и авторитет. А мы — бесценную в смысле наблюдений за реакциями испытуемых лабораторию.
В голосе Посланца звучали металлические нотки. Но теперь он злился не на подруг.
— И с чего этому старому идиоту вздумалось, что он царь и бог? С чего он решил, что имеет право распоряжаться судьбами вверенных его заботам людей?
— Старый идиот — это господи Звенягин? Николай?
— Он самый!
— И что он сделал?
— Что? Вы еще не знаете?! — фыркнул Посланец.
Кира от этих слов в душе содрогнулась, но виду постаралась не показывать. А Посланец продолжал:
— Этот старый идиот сошелся с такой же старой гадиной. Со сводней. И на пару они премило торговали девочками из общины.
