Встреча в кабинете генерал-майора Орлова вызывает неловкость и тщательное обдумывание каждого слова. Но Лев Иванович Гуров и Станислав Васильевич Крячко не могут пройти мимо, когда их старый друг требует помощи в увлекательном расследовании прошлого. Здесь начинается история загадочного исчезновения, которую предстоит распутать, чтобы смыть грязь со следствия и вернуть имя к свету....
— Строение три, квартиру не помню, но могу показать.
— Тогда чего стоим? Поехали! — скомандовал Гуров. — Если оружие имеешь, то мы тебя на подвиг с собой возьмем.
— Да что случилось-то? — уже садясь в машину, недоуменно осведомился Денисов.
— Тебе еще один труп нужен? — спросил Крячко.
— Упаси господи! Своих хватает! — воскликнул тот.
— А что представляет собой этот Виталий? С кем живет? — спросил Лев Иванович.
— Трехстворчатый шифоньер с антресолями. А живет один. Ему эта квартира от бабки осталась.
— Нас тоже трое.
— Как выманивать будем? Не хотелось бы с ним в квартире связываться, потому что возможны варианты. У него никаких скандальных соседей нет? — поинтересовался Гуров.
— Да кто же с ним бодаться рискнет? Люди его художества еще не забыли.
— А машина у него есть? — спросил Крячко.
— Да, джип.
— Прости, родная. — Стас погладил руль. — Но придется тебе пострадать во имя торжества справедливости. Денисов, я к подъезду один подкачу, ты мне только издалека его покажи.
— Все бы тебе хохмить, — пробурчал Гуров.
Следуя указаниям Денисова, Крячко притормозил, высадил его и Льва Ивановича, а сам поехал к подъезду. Он уже увидел джип и теперь прикидывал, как бы поудачнее его боднуть, чтобы собственная старушка минимально пострадала. Стас проскочил немного вперед, потом стал разворачиваться, якобы по ошибке не туда попал, и аккуратно врезал по бамперу джипа.
Раненым медведем взревела сигнализация. Крячко достал пистолет из наплечной кобуры и засунул его за пояс. Потом он вышел из машины и стал суетиться вокруг нее, причитая и разводя руками.
Ждать долго не пришлось. Из подъезда выскочил здоровенный мужик и, яростно матерясь, бросился к нему.
— Я заплачу! — испуганно заверещал Стас.
— Да куда ж ты, на хрен, денешься? — заорал громила, подбежал к Крячко, замахнулся.
Его рука оказалась в мертвых тисках, завернутой за спину. Гуров не зря гантелями каждое утро занимался.
Стас уже упер ствол пистолета громиле в живот и ласково попросил:
— А теперь и вторую руку назад заведи.
Мужик было дернулся. Но Денисов ткнул ему в бок еще одним стволом, и «трехстворчатый шкаф» понял, что сопротивляться глупо.
Гуров сковал его руки браслетами сзади и спросил у Денисова:
— Это Виталий Никифоров?
— Он самый, — подтвердил тот.
