Встреча в кабинете генерал-майора Орлова вызывает неловкость и тщательное обдумывание каждого слова. Но Лев Иванович Гуров и Станислав Васильевич Крячко не могут пройти мимо, когда их старый друг требует помощи в увлекательном расследовании прошлого. Здесь начинается история загадочного исчезновения, которую предстоит распутать, чтобы смыть грязь со следствия и вернуть имя к свету....
— Сейчас я позвоню и бригаду вызову, — проговорил Гуров. — Тут обыск проводить надо, машины Виталия и Ларисы осмотреть, их к нам забрать. В общем, работы до утра. — Лев Иванович достал телефон и увидел, что тот разрядился. — Этого мне только не хватало! — в сердцах бросил он и попросил у Денисова: — Дай позвонить.
— Ну и работа у вас! — сказал тот, протягивая сотовый. — А я еще на свою жалуюсь.
Номеров телефонов Щербакова и его приемной Лев Иванович не помнил. Как-то не приходилось ему раньше туда звонить. Зато номер Орлова был выбит у него в мозгу клинописью.
Ему-то он и позвонил:
— Петр, мне нужна бригада: опера и криминалисты.
— Ты где? — заорал тот. — Тут все на ушах стоят, тебя потеряли! Были снова у матери Артамоновой. Она уже только что на стенку не лезет, но сказала, что ты ограблением ювелирного интересовался. В Перовском отделении полиции наши дежурят. Вдруг снова соизволишь появиться? Майора Денисова ты с происшествия забрал и увез в неизвестном направлении! У метро «Шоссе Энтузиастов» автобус с омоновцами стоит.
— Не кричи! — проорал Гуров. — Скажи Щербакову, что я взял Ларису Артамонову и ее подельника. Бригаду высылай! — Он сунул сотовый в руки Денисова: — На! Скажи ему адрес! А то я сейчас только матом изъясняться могу.
— Петр, пиши адрес, — послушно сказал тот, выслушал ответ и поспешно поправился: — Простите, товарищ генерал-майор! Но мне по телефону ваши погоны не видно. Запишите, пожалуйста, адрес, где сейчас находится полковник Гуров и задержанная Артамонова.
— Случайно, да, — перебив его, ответил Лев Иванович. — Господи! Неужели я так много прошу у жизни? Нормально поесть, выспаться, и чтобы нервы никто не мотал. Я вторую ночь на ногах! — Сыщик сел на тумбочку для обуви, оперся спиной о стену и закрыл глаза.
— Может, мы пока сами здесь все посмотрим? — предложил Денисов.
— Нет, — не открывая глаз, ответил Гуров. — Богу — богово, кесарю — кесарево, а слесарю — слесарево.
Он действительно вырубился так резко, как будто кто-то свет выключил.
Из этого блаженного состояния его вывел радостный голос Прохорова:
— Лев Иванович, как хорошо, что вы нашлись, а то мы вас потеряли!
— Я вам что, иголка? — пробормотал сыщик, открывая глаза. — Черкасов, ты здесь?
— Так точно, товарищ полковник! — раздался бодрый голос Николая.
