Автор
В комнате кипит работа. Гай Мередит готовится к совещанию с главным редактором, в то время как его помощница Кэсси, словно загнанная лошадь, собирает последние материалы. Однако даже в этом стрессе и напряжении чувствуется что-то отдаленно знакомое — как будто все это уже случалось много раз. Каждый штрих на фотографии и каждая заметка имеют свой вес, но вместе они создают нечто большее — три любовных романа, которые еще никогда не были так близко к завершению.
Клео шла по комнатам, и голые пыльные половицы отзывались глухим эхом; ей было все равно, вдет ли Джуд следом: пусть вдет, если хочет.
Из окон второго этажа открывалась милая сельская картина: луга, рощи, невысокие холмы; здесь ей будет хорошо и спокойно.
— Что скажешь?
Джуд приблизился к ней сзади, и она оцепенела, глядя перед собой невидящими глазами. Затем, заставив себя улыбнуться, она с усилием повернулась к нему и обнаружила его совсем радом, ближе, чем ожидала.
Ее обнаженная рука задела его руку, и, потрясенная, Клео отступила. Он инстинктивно поддержал ее, и она, вскрикнув, отпрянула. Малейшее его прикосновение все еще воспламеняло ее, и она ничего не могла с собой поделать;
— Мне нравится этот дом, — торопливо ответила она, не давая ему времени догадаться о своей власти над ее чувствами. — Я просмотрю отчеты агентов и куплю его. Я сама все сделаю. Тебе больше не придется ни о чем беспокоиться.
Ей хотелось сразу все решить; этот дом станет ее убежищем, здесь она будет залечивать раны.
— Может быть, место слишком безлюдно?
Она кинула на него пристальный взгляд; глаза ее заблестели от сдерживаемых слез. Он выглядел измученным, лицо осунулось, за короткое время он сильно исхудал, но она, сжав губы; подавила прилив сострадания.
— Это уже не твоя забота.
Она не будет одинока. Ей будет недоставать лишь его. С ней останется ее работа, а потом родится ребенок. Клео рванулась вон из комнаты, но не успела она добежать до дверей, как его голос остановил ее:
— Ты ненавидишь меня, правда?
— Да! — яростно выкрикнула она. Он смешал и перепутал ее чувства, из‑за него любовь и ненависть слились в ней воедино, и она была больше не в силах терпеть эти муки. Ей нужно было вырваться, глотнуть свежего воздуха, не отравленного страданиями.
Спотыкаясь, она бросилась вниз по лестнице, он кричал что‑то ей вслед, но она не слышала слов. Он все‑таки оказался внизу раньше и схватил ее за плечи.
— Глупышка! — прошептал он побелевшими губами. — Ведь ты могла упасть, разбиться сама и погубить ребенка!
Потрясенная, она яростно взглянула на него, дрожа всем телом, и вырвалась из его цепких рук.
— Вот бы ты был доволен! — язвительно бросила она. — Один неверный шаг, и двое непрошеных иждивенцев с плеч долой! Не все ли тебе равно?
— Нет, мне не все равно! — Он снова схватил ее за плечи и развернул к себе. — Мне, черт побери, не все равно, что будет с тобой и с моим ребенком!"
"Клео взметнула на него взгляд. Кто‑то из них явно сошел с ума.
