Автор
В комнате кипит работа. Гай Мередит готовится к совещанию с главным редактором, в то время как его помощница Кэсси, словно загнанная лошадь, собирает последние материалы. Однако даже в этом стрессе и напряжении чувствуется что-то отдаленно знакомое — как будто все это уже случалось много раз. Каждый штрих на фотографии и каждая заметка имеют свой вес, но вместе они создают нечто большее — три любовных романа, которые еще никогда не были так близко к завершению.
У нее даже мысли не мелькало, что у Джордана могут быть другие женщины, и эти слова отозвались в ней почти осязаемой болью. Хотя почему бы и нет? Он красив, обаятелен, умен. И был он сейчас с ней, а не с другой потому, что, как он говорил, она нравится его отцу больше всех остальных. Это некоторым образом подчеркивало кратковременность их отношений, и Кэсси погрузилась в молчание. Джордан никогда и ни при каких обстоятельствах не захотел бы связывать себя надолго ни с одной женщиной. Она не могла себе представить, чтобы Джордан, оказавшись в какой‑либо смертельно опасной ситуации, мог начисто забыть об оставленной дома «милой женушке». Его жизнь круто изменилась, когда отец отошел от дел и заболел, но ведь это не навсегда. Он наверняка постоянно твердит себе это.
– Великолепно! – Джордан спустился со стремянки и отступил назад, чтобы полюбоваться елкой. – Я сварю кофе, а потом мы в торжественной обстановке зажжем рождественские огни!
– Есть еще вот это, – сказала ему Кэсси. – Я… мы купили ее, чтобы украсить верхушку елки.
Она протянула ему пятиконечную звезду, он кивнул.
– О'кей. Я водружу ее на самый верх перед тем, как зажечь огни. Но сначала кофе.
Когда он ушел, Кэсси со всех сторон осмотрела елку. Да, просто чудо!
И как украшает эту теплую просторную гостиную с толстым бежевым ковром на полу и тяжелыми занавесями на окнах, защищающими от зимнего холода. Ей не хотелось уходить отсюда. Она бы с удовольствием переночевала тут на кушетке, кушетке Джордана. Кэсси вздохнула, прекрасно понимая, что с ней происходит, и вместе с тем не желая признаться себе в этом. А не водрузить ли пока звезду на верхушку елки? Она без труда дотянется с верхней ступеньки…
Кэсси взобралась на стремянку и стала укреплять звезду, но ей мешали обвившиеся вокруг ветки провода. Она было потянулась освободить звезду, и тут в комнату вошел Джордан.
– Кэсси! – Он быстро поставил чашки с кофе и бросился к ней."
"До сих пор все было хорошо, но, услышав его громкий вскрик, Кэсси потеряла равновесие, тщетно попыталась поскорее спуститься вниз, пока шаткая стремянка не рухнула на пол, и почувствовала, что неудержимо падает. Джордан успел подхватить ее, но не устоял на ногах, и оба они грохнулись на пол. Он только успел локтем прикрыть ее голову, когда лестница с глухим стуком упала на ковер.
– О Боже! – Лежа на полу, Кэсси посмотрела вверх – отсюда елка выглядела совсем иначе, но тоже очень красиво.
