Он мне сказал, что этот день – его подарок."
"И я ухожу. Значит, платит не «Футура», Джорджо захотел оплатить этот каприз целиком из своего кармана. И как Пирожок позволил ему от него сбежать? Не так-то просто в наше время найти таких людей, как Ренци. Я верю, что он очень честный, но в этом я буду окончательно уверен лишь через несколько лет. Это был один из первых уроков Мариани. В мире зрелищ все выставляют себя друзьями и делают для тебя множество одолжений, но кто твои настоящие друзья, ты поймешь только тогда, когда тебя постигнет неудача. Я был бы рад никогда этого не узнать, но если уж что-то такое со мной случится, нужно обратить это себе во благо. Я много читал про неудачи, и больше всего меня поразило вот что: действительно чему-то научиться можно только на неудачах. Майкл Джордан сказал великую правду: «Я могу признать поражение, каждый в чем-нибудь проигрывает. Но я не могу не пытаться». Сегодняшняя попытка оказалась удачной.
– Добрый день, я хотел бы граниту со сливками.
– Полтора евро.
Я достаю из кармана мелочь, пересчитываю и отдаю ее мороженщику, беру чек, иду к дальней стойке, кладу чек на стол и сверху – двадцать евроцентов.
– Кофейную граниту со сливками. Налейте мне их, пожалуйста, и на дно стаканчика, хорошо?
– Конечно.
– Спасибо.
Граниту он готовит мгновенно: берет пластиковый стаканчик и деревянным половником наливает на дно слой сливок, потом вынимает из-под стойки оловянный бидон и скребет у него внутри длинным железным половником, соскабливая с его внутренних стенок кофейную граниту. Потом снова задвигает бидон вниз, кладет граниту в стаканчик и выравнивает ее сверху железным половником до тех пор, пока не расплющится просвечивающий слой сливок на дне. Потом мороженщик снова берет деревянный половник, заливает граниту еще одним слоем сливок и, словно подтверждая, что дело сделано, вставляет в середину стаканчика белую пластмассовую ложечку.
– Ну вот.
– Спасибо.
Это всегда настоящее зрелище – смотреть, как готовят граниту в кофейне «Золотая чашка». Я сажусь на ступеньки фонтана площади Ротонда, прямо напротив Пантеона. Вынимаю из стакана торчащую в нем ложечку, аккуратно зачерпываю граниту со сливками, она исчезает у меня во рту. Я закрываю глаза. Какое блаженство! Она сладкая и горьковатая. Холодная настолько, что временами на несколько секунд почти застывает, чтобы потом раствориться во рту. В разные – самые печальные или самые веселые – моменты моей жизни я приходил есть эту граниту сюда, на ступени, как будто это что-то, что восстанавливает гармонию в моей жизни. Внезапно меня посещает воспоминание. Мы только что закончили заниматься любовью с Баби; я смотрю на нее, лежащую в постели. Ее глаза блестят, она все еще возбуждена.