Автор
В глубоких тенихах старого городка скрываются чудеса любви и слез. Музыка пасторали возвышается над забытыми воспоминаниями о дочери и смеющимся любимце. Жизнь здесь — это три метра над небом, когда боль и радость вплетаются в каждую минуту существования.
На одной из фотографий запечатлен и Стефано Манчини, который поднимает бокал и подносит его к объективу. Но он не улыбается. А потом – ужин, стол с закусками, музыканты, бонбоньерки…
– Было красиво, правда?
– Да, очень.
– Не хватает только ее…
– Ее не хватает только на фотографии. Ты же знаешь, она была и есть.
– Да.
Маркантонио обнимает Элеонору.
– Выпьем травяной настой?
– Конечно.
– А знаешь что? Нам надо купить еще один альбом.
– Зачем? Мы поженимся еще раз?
– Да нет же, дурачок! Я имею в виду другой – с мишками или с цветочками, я еще не знаю.
Маркантонио отхлебывает настой. Потом смотрит на нее внимательней.
Элеонора корчит смешную рожицу.
– Так ты хочешь или не хочешь сделать столько же фотографий своего ребенка?
Он перестает пить, ставит чашку на столик.
– Правда?
– Да!
И они радостно целуются. Они не верят своему счастью.
Потом Элеонора отстраняется от него и жестом показывает, чтобы он остановился.
– Ты должен пообещать мне кое-что важное.
– Что?
– Если родится девочка, мы назовем ее Джиневрой.
143
Прошло уже много месяцев с тех пор, как не стало Джин. Она всегда в моих мыслях. На этот раз я сдержу свое обещание.
Сегодня море спокойно. Нотариус и бывший владелец ушли. Я брожу по дому и думаю, что здесь можно подремонтировать. Рассматриваю оставшуюся мебель, прекрасные кожаные диваны, картины всех размеров с изображениями моря и кораблей. Некоторые из них красивые, другие – забавные, некоторые – просто унылые.
