– При этом девушке действительно есть в чем его упрекнуть… Взаимностью там и не пахло.
– Впрочем, он ей ничего и не обещал, – заметил Марич. – Правда, это нам известно только с его слов.
– В записке вполне могло быть что-то и о самой Карелиной. Допустим, Катя передает послание тому же Вяткину, ссылаясь на то, что они поссорились и нужен посредник. Зная характер Киры, она понимает, что та не полезет читать письмо: слишком мало ее волнуют отношения одногруппников. Карелина относит записку Вяткину, не подозревая, что речь там идет о ней самой.
– Денисова могла догадываться, что Владик питает к Кире нежные чувства. Если бы она хотела исповедоваться ему о Карелиной, выбрала бы другого адресата.
– Почему же? В ней могло говорить желание побольнее ранить человека, из-за которого она и решилась попрощаться с жизнью. Изобличила какие-нибудь грешки соперницы с целью уколоть: и вот ее ты променял на меня?
– Черт, – Марич покачал головой. – Находить трупы в канализационных колодцах было на порядок проще, чем вот это вот все… Я спать.
Владан отключился так быстро, что не успел завести будильник. Меня он тоже не попросил растолкать его к определенному часу. Потому, когда рабочий день трудящихся в офисах граждан близился к финалу, я приняла решение отправиться к Забелину в одиночку. Мне это казалось единственно верным: будить уставшего Владана не хотелось, а никаких опасных хвостов, да и безопасных тоже, за бывшим замечено не было.
Разумеется, в какой-то момент у меня промелькнула мысль, что Марич может такое проявление инициативы не одобрить. Впрочем, нежелательные мысли я всегда старалась поскорее отогнать прочь.
К тому же, если мне удастся заметить что-то важное, ругаться ему будет не с руки. Вдруг мне повезет и злодей объявится именно сегодня? Но что, если опасность гораздо серьезнее, чем я думаю, и на Забелина действительно готовится покушение? Если предположить, что сегодня в него будут стрелять, а я окажусь рядом, смогу я закрыть его от пули, как когда-то сделал он сам, спасая меня?
Мысли эти мне совсем не понравились, как и то, что машины Забелина на парковке возле офиса не оказалось. Я развернулась и решительно направилась к его дому, очень надеясь разглядеть через забор, припаркован ли там его «Мерседес».
Вспомнив о предосторожности, которая никогда не бывает лишней, я натянула на голову капюшон куртки, которую накинула по случаю весенней прохлады, и покинула машину. Ее я предусмотрительно оставила на одной из параллельных улиц.
