Страх в ее глазах заставил его вздрогнуть.
— Силла, я с вами. Я тоже поеду.
— Он без сознания. Они не могут привести его в чувство.
Он схватил сумочку Силлы, которую подобрала Шанна и сунула ему в руки. По лицу Шанны текли слезы.
— Он был в амбаре. — Шанна всхлипнула и обняла Форда. — Лежал на полу под мотоциклом. И кровь.
— Тише, Шан. Тише, милая. Я поеду. Поеду и узнаю, что с ним.
— Позвони мне, пожалуйста. Позвони мне.
Приехав в больницу, Форд отнес сумочку Силлы администратору, на случай если понадобятся какие-то документы, и отправился на поиски Силлы.
Он обнаружил ее у двойных дверей, растерянную и беспомощную.
— Я рассказала им о нем все, что помнила. Но разве все упомнишь? — Она сжимала ворот блузки, как будто ей нужно было за что-то держаться. — Но я сказала им его группу крови. Я помню его группу крови. Группа А, отрицательная. Я помню.
— Хорошо. Давайте присядем.
Форд обнял ее за плечи и решительно повел прочь от дверей к стулу. Он опустился перед ней на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне.
— Они позаботятся о нем. Они это делают. Хорошо?
— Он был весь в крови. Голова. Лицо. Лежал и истекал кровью. Неизвестно, сколько времени.
— Расскажите, что случилось.
— Я не знаю! — она закрыла ладонями лицо и принялась раскачиваться взад-вперед. — Я не знаю. С утра Стива не было в его комнате, и я подумала, что… я подумала, что он где-то с женщиной. И все. Я чуть не уехала. Господи, я чуть не уехала, даже не посмотрев, не проверив. Он мог пролежать там еще долго.
— Дышите, — приказал он и сжал ее руки. — Смотрите на меня и дышите.
— Хорошо, — дрожа всем телом, она сделала несколько глубоких вдохов, и Форд увидел, что лицо ее вновь порозовело. — Я подумала, что он остался у Шанны, и собиралась поехать закупать материалы, но он не остался. То есть она приехала и сказала, что он не остался. Я стала волноваться, что он заблудился или что-то еще. Даже не знаю. Но я пошла проверить, на месте ли его мотоцикл. И мы его нашли.
— Он лежал под мотоциклом. Не знаю, что могло случиться. Его голова, его лицо… — теперь она кусала губы. Форд почти слышал, как бьется ее сердце. — Я слышала, врачи сказали, что у него, наверное, сломаны ребра — от упавшего мотоцикла. Но как на него мог упасть мотоцикл? И… раны на голове. Его зрачки. Они что-то говорили о расширенных зрачках. Я знаю, что это плохо. Однажды я была на экскурсии в отделении «Скорой помощи».
Форд сел на стул рядом с ней и взял за руку, рассудив, что слезы — это хороший признак.
