Одна из пуль пробила заднее колесо, и машина начала вихлять из стороны в сторону. Задымилось что-то под кузовом: видно, пули попали и в бак с горючим.
Савелий открыл дверь и, удерживаясь одной рукой за кабину, другой поднял кверху автомат и дал две короткие очереди по вертолету.
С вертолета посыпались осколки разбитого окна, он круто завалился на бок и начал хаотично спускаться, вихляя хвостом.
Дымом обволокло весь грузовик, и капитан крикнул Савелию:
— Прыгай!
— А ты?
— Прыгай, сержант! — со злостью выкрикнул тот. Савелий прыгнул с подножки, сделал кувырок, тут же вскочил и устремился в сторону падающего вертолета, который плюхнулся на бархан, ломая свои лопасти. Вскоре в нем что-то взорвалось.
А грузовик уже охватило пламя, дым проник и в кабину. Капитан изо всех сил старался вытащить безвольное тело американца. Дымом застилало глаза, он попадал в легкие, и капитан начал кашлять.
Наконец, ему удалось подхватить американца на руки и выскочить с ним из кабины.
Не управляемая ни кем машина мгновенно свернула в песок, и капитан стал быстро оттаскивать американца подальше от опасности. А когда машина взорвалась, он бросился на него сверху и прикрыл своим телом — над ними пронесся огненный шквал, смешанный с песком и различными частями грузовика.
Через мгновение Воронов привстал, похлопал американца по щекам:
— Эй, как ты там?
— О'кей! О'кей! Спасибо! Спасибо! — очнулся тот.
В бессильном реве матюгался Восьмой.
— Ну, суки! Ты, пилот сраный! — крикнул он в кабину. — Заходи на них!
— Минуту, — спокойно отозвался тот, сдвинул створку окна и осторожно посмотрел в сторону дымящегося вертолета на земле. Со вздохом покачал головой: эти Рэксы могут сделать и с ними то же самое.
Он повернулся к Восьмому:
— К сожалению не могу, Восьмой. Заправиться надо! Горючее на исходе. — Он потянул ручку на себя и на бешеной скорости пролетел прямо над сбитым вертолетом.
Второй вертолет улетел еще раньше — то ли неисправность какая, то ли также «с горючим нелады».
Вокруг воцарилась такая тишина, что после звуков боя и рева моторов она казалась звенящей и нереальной.
Разговор с космонавтами
Полковник Богомолов настроил телесеть на космическую, и на экране возник Центр управления полетами.
Через мгновение на экране появились два космонавта: один занимался приборами, а второй сидел перед камерой с микрофоном в руке. Он смотрел прямо в камеру и ожидал вопросов.
— С вами говорит генерал Комитета государственной безопасности Галин. Прошу доложить обстановку!
— Слушаю, товарищ генерал! Видимость: миллион на миллион, — с улыбкой отозвался космонавт.
— Нужны детали квадрата тринадцать-тринадцать, — мягко перебил его Александр Борисович.