После ранения в Афганистане советский боец Савелий Говорков попадает в плен и оказывается в арабской стране. Чтобы вернуться на Родину, ему предстоит работать на секретной военной базе, где готовят участников переворота в России. Герой вынужден выбирать между долгом и выживанием.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Тридцатого уничтожить!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
После ранения в Афганистане советский боец Савелий Говорков попадает в плен и оказывается в арабской стране. Чтобы вернуться на Родину, ему предстоит работать на секретной военной базе, где готовят участников переворота в России. Герой вынужден выбирать между долгом и выживанием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Николаевич Доценко Литрпг подборки серии
После ранения в Афганистане советский боец Савелий Говорков попадает в плен и оказывается в арабской стране. Чтобы вернуться на Родину, ему предстоит работать на секретной военной базе, где готовят участников переворота в России. Герой вынужден выбирать между долгом и выживанием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Есть, товарищ генерал, выполняю по деталям квадрата тринадцать-тринадцать, — его голос сразу стал серьезным. — В песках догорает грузовик. Рядом дымится вертолет. Другой вертолет уходит в пески. Много пыли, огня. Похоже на настоящий бой! — не очень уверенно добавил он.
— Чьи вертолеты, как вы думаете? — спросил полковник, не испросив разрешения у генерала, и тот бросил на него недовольный взгляд. — Извините, товарищ генерал, — проговорил Константин Иванович, прикрыв ладонью микрофон."
"— Никаких опознавательных знаков на них нет и установить их принадлежность не представляется возможным. Только их тип: на земле подбит — МИ-8, улетает с места происшествия — МИ-24. Полковник присвистнул от удивления.
— Вас поняли! Удачи вам, ребята! — пытаясь скрыть раздражение, проговорил генерал.
— Спасибо! — отозвался космонавт и повернулся к своему коллеге по полету. — Вот и мы «конторе» понадобились, — сказал он с усмешкой, не подозревая, что микрофоны все еще включены.
Полковник выключил телевизор и тяжело вздохнул.
— Да-а-а, — генерал раздраженно покачал головой.
— Александр Борисович, видно, лететь мне туда нужно? — то ли спрашивая, то ли предлагая, проговорил полковник.
— Я тоже так думаю, — ничего не оставалось, как согласиться.
— Да не переживайте вы так, товарищ генерал, найдем мы этих, что без опознавательных знаков, — попытался успокоить его полковник, не догадываясь об истинных причинах плохого настроения своего начальника.
— Ладно, хватит успокоительные пилюли мне подкладывать, — оборвал его генерал. — Летите туда. На месте всегда виднее.
Он долго с ненавистью смотрел ему вслед, потом быстро набрал номер телефона.
Афганские ловушки
Капитан оставил американца на песке и пошел навстречу Савелию. Они остановились метрах в десяти от сбитого вертолета. Вокруг стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием горящих грузовика и вертолета.
Глядя друг на друга, приятели молчали, наслаждаясь этой тишиной и покоем.
Савелий стоял спиной к вертолету, но видел, как в проеме дверей показалась окровавленная фигура Двадцать второго. Его одежда дымилась в нескольких местах, но в руках он сжимал пулемет, пытаясь приподнять ранеными руками ствол повыше и направить на них. Возможно, ему и удалось бы сделать хотя бы одну очередь, но он случайно задел своим обожженным плечом о край дверного проема и простонал от боли.
Услышав стон, капитал выхватил из-под руки Савелия его автомат и дал очередь. Она была короткой и тут же захлебнулась: видно, кончились патроны. Но и этих пуль хватило. Двадцать второй вывалился из вертолета тюком и уткнулся головой в песок.
Они с Савелием опустилась устало на песок и смахнули со лба пот.
— Как думаешь, хвосты еще есть? — спросил Воронов.
